Уважаемые читатели! С июня 2016 года все сообщения форума переезжают в доступный для чтения архив. Остальной функционал интернет-портала «Вся Швейцария на ладони» работает без изменений: свежие новости Вы найдете на главной странице сайта, бесплатно разместить объявление сможете на "Доске частных объявлений". Следите за нашими новостями в социальных сетях: страница в Facebook и официальная группа в Facebook, страница в сети "Одноклассники". Любители мобильных устройств могут читать новости, афишу культурных мероприятий и слушать русское радио, скачав приложение "Ladoshki" для iOS и приложение для устройств Android. Если Вы еще не являетесь нашим подписчиком, но хотели бы получать анонс культурных событий на свой электронный адрес, заполните анкету на форуме, и Ваш адрес мы добавим в список рассылки. По вопросам сотрудничества и размещения рекламы обращайтесь по адресу: inetgazeta@gmail.com или звоните на контактный номер редакции: +41 76 460 88 37

RSS лента

Natalia Bernd

Der Untergang des abendlandesmenschen

Оценить эту запись
Цитата Сообщение от Kuki Anna Посмотреть сообщение


Они скакали через мерцающий пейзаж под музыку органа. Бронко Билли, коренастый, как бывалый моряк, и Уильям С., высокий и гибкий, как сосна на ветру. Их лица, их лошади, окружающий пейзаж постепенно светлели: были сперва неразборчивыми, потом стали ясными и четкими, когда ковбои перевалили через хребет и начали спускаться в долину.
Перед ними зловеще темнел немецкий город Бремен.
Не считая органной и фортепьянной музыки, по всей Европе царила тишина.
В пещерах под Гранд опера в Городе света призрак Эрик играл «Токкату и фугу», а мимо несла свои черные воды клоака.
В Берлине спал сомнамбула Чезаре. Его наставник Калигари читал лекции в университете и ждал возможности натравить свое чудовище на мирных бюргеров.
Также в Берлине доктор Мабузе умер и не мог больше править преступным миром.
Но в Бремене…
В Бремене кто то рыскал в ночи.
В города китайских яиц и кукол, во времена хлеба из отрубей и спичек по шесть миллионов дойчмарок за коробок явились Бронко Билли и Уильям С. Двое суток они провели в Седле, кони их были в мыле.
Они спешились и привязали коней к фонарю на Вильгельмштрассе.
– Как насчет промочить горло, Уильям С.? – спросил ковбой коротышка. – У меня от этого чертового мерцания голова раскалывается.
В трех шагах от него Уильям С. драматически замер, покрутил головой и направился к дверям ближайшего гастхауза.
В своем стетсоне и клетчатой рубашке Уильям С. напоминал потрепанное пугало или еще безбородого Абрахама Линкольна с детского рисунка. Глаза его были как блестящее стекло, сквозь которое будто просвечивало из глубины адское пламя.
Бронко Билли подтянул брюки. Он носил «левисы», выглядевшие на нем великоватыми, темный жилет, рубашку посветлее и большие кожаные чансы с тремя кисточками – у бедра, колена и лодыжки. Его шляпа казалась на три размера больше, чем надо.
В таверне все было мутно серым, черным и ярко белым. Плюс неизменное мерцание.
Они уселись за столик и принялись разглядывать посетителей. Бывшие солдаты в лохмотьях мундиров через семь лет после окончания Великой войны. Безработные, зашедшие спустить последние несколько монет на пиво. В воздухе висел серый дым от трубок и дешевых сигарет.
Немногие заметили появление Уильяма С. и Бронко Билли.
Но двое заметили.
– Арапник! – сказал американский капитан, не снимая руки с плеча своего собутыльника сержанта.
– Чего? – спросил сержант, не снимая руки с плеча кельнерши.
– Гляди, кто там.
Сержант уставился в облако мерцающего серого дыма, окутывавшее ковбоев.
– Черт побери! – сказал он.
– Может, пошли подсядем? – спросил капитан.
– Вот уж amp;%#*! – выругался сержант. – Это же не наш фильм, ##% amp;сь оно все конем!
– Пожалуй, ты прав, – сказал капитан и снова стал потягивать вино.
– Помни, мой друг, – сказал Уильям С. после того, как официант принес им пиво, – что нет и не может быть отдыха в борьбе со злом.
– Ну да, да, но, Уильям С, мы же так далеко от дома. Уильям С. чиркнул спичкой, поднес ее к вересковой трубке, заправленной его любимой махоркой. Попыхал секунду другую, затем глянул на своего спутника поверх кружки с откинутой крышкой.
– Мой дорогой Бронко Билли, – произнес он. – Не бывает «слишком далеко» для того, чтобы противостоять силам зла. Со здешней проблемой доктор Гелиоглабул сам управиться не смог, иначе он не стал бы вызывать нас.
– Ну да, но, Уильям С, моя задница стерта до крови после двух дней в седле. Надо хотя бы чуток соснуть, прежде чем встречаться с этим твоим доктором.
– Увы, мой друг, но в этом ты и ошибаешься, – проговорил высокий ковбой с ястребиным носом. – Потому что зло не спит никогда. В отличие от людей.
– Но я то человек, – отозвался Бронко Билли. – Я бы сказал – давай придавим.
Тут в таверну вошел доктор Гелиоглабул.
Он был одет как горный проводник тиролец – в ледерхозен, шляпу с пером, горные ботинки и подтяжки. В руке он держал альпеншток, громко клацавший об пол при каждом шаге.
Пробившись через мерцающую темноту и дым, он встал перед столиком с двумя ковбоями. Уильям С. поднялся.
– Доктор… – начал он.
– Уленшпигель, – перебил его тот, предостерегающе вскинув палец к губам.
Бронко Билли закатил глаза.
– Доктор Уленшпигель, познакомьтесь, пожалуйста, с моим помощником и хронистом, мистером Бронко Билли.
Доктор щелкнул каблуками.
– Присаживайтесь, – сказал Бронко Билли, ногой выпихнув из под стола свободный табурет.
Доктор в своем опереточном наряде сел.
– Гелиоглабул, – прошептал Уильям С., – что это за дела?
– Мне пришлось явиться инкогнито. Есть… кое кто, кому нельзя знать о моем здесь присутствии.
Бронко Билли перевел взгляд с доктора на Уильяма С. и обратно и снова закатил глаза.
– Значит, поднят зверь? – поинтересовался Уильям С, и глаза его полыхнули пуще прежнего.
– Совершенно небывалый зверь, – ответил доктор.
– Понимаю, – сказал Уильям С. и затянулся трубкой; глаза его сузились. – Мориарти?
– Берите выше. По сравнению с этим злом Мориарти – жалкий щенок.
– Выше? – переспросил ковбой, сведя кончики пальцев домиком. – Не представляю, как такое возможно.
– Я тоже не представлял до прошлой недели, – произнес Гелиоглабул. – Но с тех пор город захлестнула волна кошмаров. По ночам улицы полны крыс, они наводняют дома. Когда стемнеет, в этой таверне не останется ни души. Люди запирают двери покрепче и молятся – в наш то век. Они вернулись к старым предрассудкам.
– И с должным на то основанием? – спросил Уильям С.
– Неделю назад в гавань вошел корабль. На борту был один единственный человек! – Доктор сделал драматическую паузу. Бронко Билли эффекта не оценил. – Экипаж, пассажиры – все пропали, – продолжил Гелиоглабул. – Оставался один лишь капитан, примотанный к штурвалу. И он был совершенно обескровлен!
Бронко Билли заинтересовался.
– Вы хотите сказать, – склонился над столом Уильям С, – что нам предстоит иметь дело с нежитью?
– Боюсь, что так, – подтвердил доктор Гелиоглабул, покручивая кончики усов.
– Значит, нам потребуется соответствующий боезапас, – сказал высокий ковбой.
– У меня все с собой, – отозвался доктор, доставая из рюкзака патронные коробки.
– Отлично! – сказал Уильям С. – Бронко Билли, револьвер при тебе?
– Чего?! Это ты о чем? «При тебе ли револьвер, Бронко Билли?» – это ты о чем? Уильям С, ты видел меня когда нибудь без моих стволов? Ты что, совсем офонарел?
– Прости, Билли, – произнес Уильям С, должным образом пристыженный.
– Вот, возьмите, – сказал доктор Гелиоглабул. Бронко Билли, разломив пару своих «миротворцев», высыпал на стол горку патронов сорок пятого калибра. Уильям С. отстегнул свои флотского образца кольты тридцать шестого калибра и принялся стержнем экстрактора выщелкивать патроны из барабанов по одному.
Билли стал было заряжать, но присмотрелся к новым патронам повнимательней и поднял один к свету.
– Черт возьми, Уильям С! – возопил он. – Деревянные пули! Деревянные пули?
Гелиоглабул лихорадочными жестами пытался заставить его умолкнуть.
Вся пивная услышала Бронко Билли. Повисла оглушительная тишина, все до единого посетители развернулись к их столику.
– Ну черт возьми, – сказал Бронко Билли. – Деревянная пуля не пролетит и пятнадцати футов, а если пролетит, черта лысого куда нибудь попадет. В кого это мы собрались стрелять деревянными пулями, а?
Таверна стала стремительно пустеть. Посетители разбегались, бросая через плечо исполненные ужаса взгляды. Все, кроме пяти человек за дальним столиком.
– Боюсь, мой дорогой Бронко Билли, – произнес Уильям С, – ты распугал всех здешних клиентов и предупредил силы зла о нашем появлении.
Бронко Билли огляделся.
– Это вон их, что ли? – Он кивнул на дальний столик. – Да ладно тебе, Уильям С, как то мы, помнится, и с дюжиной управились на пару.
Доктор Гелиоглабул вздохнул:
– Нет нет, вы не понимаете. Эти пятеро просто революционеры, безобидные дурачки. Мы же с Уильямом говорим о носферату…
Бронко Билли продолжал на него таращиться.
– …о нежити…
По прежнему никакой реакции.
– …об, э э, вампирах…
– В смысле, – спросил Билли, – как Теда Бара?
– Не о женщинах вамп, мой дорогой друг, – произнес крючконосый скотогон. – А о вампирах. О тех, кто встает из могил и пьет кровь живых.
– Ого. – Бронко Билли посмотрел на патроны. – И это их убивает?
– Теоретически, – ответил Гелиоглабул.
– В смысле, вы не уверены? Доктор кивнул.
– Тогда, – решил Бронко Билли, – я лучше в пополаме.
Он принялся заряжать свои револьверы, чередуя обычные пули с деревянными.
Уильям С. уже зарядил свои – только деревянными.
– Отлично, – произнес Гелиоглабул. – Теперь наденьте это на шляпы, поверх тесьмы. Надеюсь, вы никогда не сойдетесь с ними так близко, чтобы проверить, насколько это эффективно.
Он вручил им серебряные тесьмы, украшенные рядом крестиков. Они натянули их на свои шляпы.
– Что дальше? – спросил Бронко Билли.
– Как что? Ждем ночи, когда нападут носферату! – ответил доктор.
– Ты слышал их, Герман? – спросил Йозеф.
– А как же. Думаешь, нам надо сделать то же самое?
– И где мы найдем кого нибудь, чтобы изготовил деревянные пули для таких пистолетов, как наши? – спросил Йозеф.
Пятеро мужчин за дальним столиком посмотрели на доктора и ковбоев. Все пятеро были одеты в потрепанные военные мундиры. Тот, кого звали Германом, по прежнему щеголял рыцарским крестом.
– Мартин, – сказал Герман, – ты не знаешь, где бы нам достать деревянные пули?
– Да наверняка можно найти кого нибудь, кто бы сделал их под наши автоматические, – ответил тот. – Эрнст, сгоняй ка к Вартману, спроси.
Эрнст поднялся, хлопнул ладонью по столу.
– Каждый раз, когда слышу слово «вампир», я хватаюсь за свой браунинг! – сказал он.
Все расхохотались. Мартин, Герман, Йозеф, а громче всех Эрнст. Даже Адольф немного хохотнул.
Вскоре после наступления темноты в таверну вбежал кто то с лицом белым как смерть.
– Вампир! – крикнул он, махнул рукой в общем направлении улицы и вывалился наружу.
Бронко Билли и Уильям С. вскочили из за стола. Гелиоглабул остановил их.
– Я слишком стар и буду только лишней обузой, – произнес он. – Попробую нагнать вас позже. Помните о крестах! Стрелять прямо в сердце!
По пути к двери они чуть не сшибли Эрнста; уйдя час назад, он вернулся с двумя патронными коробками.
– Йозеф, быстро! – сказал он, когда ковбои выбежали на улицу. – Давай за ними! Мы нагоним. Твой пистолет!
Йозеф швырнул Герману автоматический браунинг и выскочил за дверь; на улице прогрохотали копыта.
Четверо остальных принялись перезаряжать пистолеты.
Двое ковбоев скакали туда, откуда слышался гам.
– Н но! – пришпорил своего коня Бронко Билли. Они неслись по аккуратно мощенным улочкам, копыта их коней выбивали искры из булыжной мостовой.
Они обогнали полицейских и прочих, также спешивших на звук воплей и смертельного ужаса. Фрайкоровцы, студенты и бывшие солдаты наводнили улицы. На фоне мерцающего черного неба горели факелы.
Город пытался одолеть носферату силой.
Бронко Билли и Уильям С. вылетели на площадь. Посреди ее стоял запряженный четверкой экипаж, весь затянутый траурным крепом. Возница, мертвенного вида толстяк, натягивал вожжи. Вздыбившиеся перед толпой вороные кони угрожающе били копытами.

Комментарии