Уважаемые читатели! С июня 2016 года все сообщения форума переезжают в доступный для чтения архив. Остальной функционал интернет-портала «Вся Швейцария на ладони» работает без изменений: свежие новости Вы найдете на главной странице сайта, бесплатно разместить объявление сможете на "Доске частных объявлений". Следите за нашими новостями в социальных сетях: страница в Facebook и официальная группа в Facebook, страница в сети "Одноклассники". Любители мобильных устройств могут читать новости, афишу культурных мероприятий и слушать русское радио, скачав приложение "Ladoshki" для iOS и приложение для устройств Android. Если Вы еще не являетесь нашим подписчиком, но хотели бы получать анонс культурных событий на свой электронный адрес, заполните анкету на форуме, и Ваш адрес мы добавим в список рассылки. По вопросам сотрудничества и размещения рекламы обращайтесь по адресу: inetgazeta@gmail.com или звоните на контактный номер редакции: +41 76 460 88 37

RSS лента

Natalia Bernd

Конкистадор Кортес

Оценить эту запись
Цитата Сообщение от Kuki Anna Посмотреть сообщение


В джунглях Центральной Америки стояла удушливая жара. Два христианских монаха-миссионера, братья Хуан де Орбита и Бартоломей де Фуенсалида, и несколько аборигенов пробирались через бескрайние, неизведанные леса. Кроны деревьев и лианы были настолько густыми, что ничего вокруг дальше носа не было видно. И даже небо не открывалось глазам в этой чащобе. Монахи были на пределе сил. Они страдали от бессонницы и прожорливых москитов. Через каждые сто метров они встречались то с одним, то с другим непреодолимым препятствием: озеро, болото с крокодилами, река с предательскими течениями, мангровые заросли. Лес поглощал их, и вокруг не было ни души. Только изредка показывались стаи визгливых обезьян.

Страдания монахов закончились лишь тогда, когда они достигли селения Тайясаль, в котором жили индейцы племени майя. Монахи помылись, постирали и высушили одежду, залечили раны. Местный касик (вождь) пригласил их в главный храм селения.

Каково же было удивление святых братьев, когда они обнаружили среди индейских идолов статую лошади, животного, до прихода европейцев не известное коренному населению! Оказалось, что они не были первопроходцами! До них кто-то из жителей Старого Света уже успел побывать в этих лесах.

Касик рассказал монахам о том, что когда-то, больше девяноста лет назад, великий вождь с севера, правитель белокожих людей и индейцев, проходил через селение. Его черный жеребец захромал, и он оставил его в подарок главному вождю Тайясаля. Так это диковинное животное вошло в местный пантеон.

Испанские монахи прекрасно поняли, о каком человеке шла речь. Имя этого человека было в Испании вне закона, его произведения запрещалось печатать, его род обеднел и исчез со страниц истории навсегда. Его, покорителя Мексики, основателя огромной колонии, путешественника и реформатора, сделавшего немало для испанской короны, забыли на родине. А индейцы, которых он обрек на рабскую участь, кровь которых он проливал реками, индейцы его помнили. Этим человеком был Фернандо Кортес де Монрой…

ПОТОМОК РЫЦАРЕЙ

Происхождление Кортеса окутано тайной. По недостоверному, но укоренившемуся мнению его духовника, падре Франсиско Лопеса де Гамарра, Фернандо родился около 1485 года в испанской провинции Эстремадура в городке Медельин.




Фернандо Кортес де Монрой Писарро Альтамирано (исп. Hernan Cortes)

Великий завоеватель не любил говорить о своей родословной. Поэтому с подачи Кортеса среди многих историков укоренилось мнение, что семья его была бедной, хотя и благородной. По свидетельству современников, конкистадор не любил, когда подчиненные именовали его «доном Эрнандо». Он считал, что авторитет нельзя унаследовать или получить вместе с титулом, что всем, чего он добился, он обязан только самому себе.

Между тем такое мнение о семье конкистадора является ошибочным. Монрои считались знатным и влиятельным кланом в Эстремадуре. Дед Эрнандо, Алонсо, занимал одну из ключевых должностей Испанского королевства — должность Верховного магистра духовно-рыцарского ордена Алькантара. Отец знаменитого конкистадора был королевским нотариусом и частенько вел дела Его Величества. Так что на начальном этапе карьеры Эрнан пользовался поддержкой привилегированной семейной среды. Отец был надежным посредником в делах сына и всегда задействовал свои связи при королевском дворе, пользуясь расположением и доверием высокопоставленных лиц.

Детство Кортеса, однако, не было безоблачным. Конец пятнадцатого века в Испании выдался тяжелым. Войны шли между пиренейскими государствами.

Семья Монроев тоже часто вела междоусобные войны с другими кланами, бунтовала против королевской власти. Детские впечатления от этих смут остались в памяти мальчика и, наверное, только ими можно объяснить последующий конфликт короны и Кортеса.

В 1499 году четырнадцатилетний Эрнан, наслышавшийся рассказов о загадочных «райских» островах Карибского моря, об их не менее странных обитателях — индейцах, у которых золото ценилось меньше ракушек, поступил в университет Саламанки. Он проучился два года и успешно сдал экзамены на бакалавра. Учёба давалась ему легко.

Все, кто знал Кортеса, подтверждают, что он прекрасно владел латынью, как и все эрудиты того времени, слегка увлекался сочинительством стихов, был силен в юриспруденции. Последнее ему особенно пригодилось в будущем: в течение всей своей жизни великий завоеватель с бесспорным мастерством лавировал меж подводных рифов административного управления, манипулировал юридическими процедурами, с одинаковой ловкостью выступая в роли ответчика и истца.

Однако карьера ученого или юриста не привлекала подвижного, энергичного мальчика. Непоседливому подростку не хватало воли, упорства и преданности науке. Шестнадцатилетний Эрнан предпочитал свежий воздух книжной пыли библиотек, фехтование — философии. Не был Кортес и человеком, смиренно следующим по пути, который избрали для него родители. Была ещё одна причина, предопределившая его жизненный выбор. В сентябре 1501 года генерал-губернатором Индий (нескольких островов в Карибском море, принятых Колумбом за преддверие «сказочной» настоящей Индии) стал Николас де Овандо, один из бывших подчиненных деда и друг отца Кортеса.

Поэтому в 1503 году Эрнандо, заручившись согласием родителей, недовольных авантюрным, с их точки зрения, решением отпрыска отправиться в Новый Свет, выплыл из Кадиса. Путь его лежал на остров Эспаньолу (теперь Гаити).

СУРОВЫЕ БУДНИ НОВОГО СВЕТА

Путешествие выдалось полным опасностей и невзгод и красноречиво говорило об атмосфере той эпохи. Не ладили между собой штурман и капитан корабля, соперничали суда торговой флотилии. Каждое судно стремилось достичь Эспаньолы первым. Эта нездоровая конкуренция привела к тому, что неизвестный моряк ночью подрубил мачту на корабле, на котором плыл Кортес, вследствие чего это судно сделалось игрушкой ветров в безбрежном Атлантическом океане.

Потрепанная штормами каравелла в конце концов достигла гаитянского берега, но далеко от Санто-Доминго. Припасы заканчивались, и команда с пассажирами рисковали умереть от голода или сделаться добычей каннибалов с соседних островов. Все-таки корабль добрался до Санто-Доминго, хотя много позже остальных судов. 6 апреля 1504 года Эрнандо сошел на пристань Санто-Доминго, резиденции генерал-губернатора Овандо.

Ещё в пути Кортес погрузился в зловонную атмосферу Нового Света. Отсутствие элементарных законов, неумеренность аппетитов, зависть, клевета, коррупция, предательство, обман, жажда власти и, конечно, «золотая лихорадка» были обычными явлениями колониальной жизни. Да и сам остров, на который ступил Эрнандо, давно перестал быть тем «земным раем», каким его описывал Колумб. Огнем и мечом прошлись завоеватели по острову в поисках золота, обратили в рабство или истребили непокорных индейцев, когда-то радостно встретивших первооткрывателя Америки.

Первые годы жизни испанских колоний на островах были тяжелыми и безрадостными. Посевы европейских культур не приживались. Скот, привезенный генерал-губернатором, разбежался по острову, разорял сады и огороды индейцев, поскольку изгородей аборигены не знали. Дизентерия, малярия, лихорадка и недоедание уносили жизни колонистов.
Однако Эрнан, ожидавший сказочных миражей и столкнувшийся с горькой действительностью, не опустил руки и не отправился обратно домой. Он принял деятельное участие в общественной жизни Эспаньолы. Постоянные восстания коренного населения позволили ему проявить свои полководческие качества. Не зная военного дела и не имея опыта, Кортес в ряде операций против индейцев показал высокое мастерство и снискал уважение генерал-губернатора. При этом он не копировал слепо обычную тактику испанцев, заключавшуюся в тотальной резне индейцев или обращении пленных в рабов. Эрнандо охотно вел переговоры с группами повстанцев, использовал убеждение, иногда давление, чтобы не прибегать к ненужному кровавому насилию. Кроме того, он умел повести своих солдат в бой и старался беречь их жизни.

Политика умиротворения, проводимая Кортесом, принесла свои плоды. Индейцы перестали поднимать крупные восстания. Одновременно исчезли упоминания о массовой резне туземного населения. Авторитет Кортеса, заработанный в ходе военных операций, позволил ему войти в ближайшее окружение генерал-губернатора. Постепенно жизнь Эрнандо на Эспаньоле наладилась и даже стала докучать ему.

Ситуация резко изменилась в 1509 году, когда губернатором западных колоний стал Диего Колумб, сын и наследник великого мореплавателя, давний соперник Овандо. Кортес, укрепившийся в прежней администрации, был чужим для окружения нового губернатора и ничего не ждал для себя от нового хозяина острова.

Новый, экспансионистский подход Диего Колумба, направленный на осуществление авантюрных, слабо подготовленных операций по захвату новых неосвоенных земель и островов, Кортес не одобрял. Он остался в стороне от многих экспедиций, и поступил правильно. Ведь эти предприятия заканчивались обычно неудачно — либо кораблекрушениями, либо поражениями от индейцев.
Диего Веласкес
Лишь в 1511 году Эрнан рискнул принять участие в завоевании Кубы. Дело в том, что Диего Веласкесу, человеку из клана Колумбов, необходим был энергичный помощник. Веласкес был старожилом испанских Индий. С 1493 года он не покидал Эспаньолу, нажил огромное состояние и пролил реки индейской крови. Помощником Диего Веласкеса стал Фернандо Кортес, хитро испросивший для себя роль казначея, а не военного командующего. Операция была проведена успешно. Индейцы, возглавляемые касиком Хатуэйем, не смогли сбросить в море десант, возглавляемый Эрнаном, и потерпели полное поражение…

Понадобилось ещё около трёх лет, чтобы Куба была окончательно «умиротворена» испанцами. Кортес за это время успел крепко подружиться, а затем рассориться с Веласкесом. Помощник Колумба в 1513 году имел все основания подозревать заговор против своей власти, который, как оказалось, возглавлял его близкий товарищ по оружию. Так Кортес очутился в темнице Асунсьона-де-Баракоа, резиденции Веласкеса. Общественность острова, однако, возмутилась против такого посягательства на честь «дона Фернандо». Конфликт разрешился … насильственной женитьбой Кортеса на Каталине Хуарес из когда-то знатного, но потом обедневшего кастильского рода.

ЗАГАДОЧНАЯ ЗАПАДНАЯ СТРАНА

В 1515году, незадолго до своей смерти, король Фердинанд Арагонский отозвал Диего Колумба в Кастилию. Жалобы испанских монахов на бесчеловечное обращение этого правителя с индейцами и на их истребление ради наживы даже без попытки обращения их в христианскую веру сделали своё дело. Кардинал де Сиснерос, регент Кастилии в период малолетства будущего императора Карла V, поручил управление западными колониями монашеской коллегии, мало смыслившей в географии Нового Света. Так у Веласкеса оказались развязаны руки. И это было очень кстати, так как он уже в течение нескольких лет лелеял мечту высадиться на Американский континент.


Кортес в Мексике

Диего Веласкес уже знал из уст испанских первопроходцев о существовании высокоразвитой индейской культуры майя на полуострове Юкатан и теперь намеревался провести колонизацию их земель. Для этого он в 1517-1518 годах отправил несколько экспедиций, закончившихся, правда, неудачно. Майя оказали достойное сопротивление высадившимся на их земли завоевателям. Более того, в ответ на предложение испанцев торговать с ними индейцы ушли в непроходимые джунгли, куда малочисленные отряды конкистадоров опасались соваться. Путешествия к Юкатану всё же позволили выяснить существование на северо-западе от этого полуострова ещё одной могущественной цивилизации, ацтекской.

Судя по всему, идея колонизации Мексики была подсказана Кортесу Веласкесом. Сам губернатор боялся интриг и не решался покинуть Эспаньолу ради авантюрной экспедиции. Его капитаны, обломавшие зубы о непокорные племена майя, не обладали таким авторитетом и удачей, которые, как считалось, сопутствовали «дону Фернандо». Веласкес под давлением общественности был вынужден назначить главнокомандующим экспедиции Эрнана Кортеса.

Кортес своей экспедицией нарушал указ кардинала Сиснероса, ограничивавшего владения губернатора только островами Карибского моря. В преодолении этого запрета сыграли роль находчивость и юридическая грамотность Эрнана. Официальной целью экспедиции было объявлено обследование острова Санта-Мария-де-лос-Ремедиос (имелся в виду полуостров Юкатан) и острова Санта-Мария-де-лос-Ниевес (Центральная Мексика). Монашеская коллегия, совершенно не представляя, о каких землях идет речь, простодушно утвердила прошение конкистадора. Таким образом, у Кортеса были развязаны руки, и он отдал приказ поднять паруса и двигаться к селению Вилья-де-ла-Сантисима-Тринидад, месту сбора участников экспедиции.

Один за другим прибывали в бухту Тринидада суда с Кубы. Привозили с собой запасы продовольствия, людей, лошадей, оружие. Всего собралось более пятисот испанцев, двести индейцев — рабов из поместий Кортеса. У полководца также было десять бронзовых пушек и четыре фальконета (легких орудия), из личного огнестрельного оружия — тринадцать пищалей. Им Кортес придавал значение скорее психологического оружия. Незнакомые с порохом, так же как и с лошадьми, индейцы должны были испугаться этих странных, «магических» приспособлений. Однако в завоевании Мексики главную роль сыграли не лошади и не огнестрельное оружие. Можно с уверенностью утверждать, что ацтекская империя была покорена при помощи шпаги.

Здесь необходимо упомянуть о специфике ведения войн ацтеками. Дело в том, что традиционные представления о войне в Центральной Америке сильно отличались от европейских. Война у ацтеков велась не ради истребления противника, а являлась скорее ритуалом. Главной целью был захват живых пленников в рукопашном бою, распадавшемся на множество схваток один на один. Европейцы же, напротив, вели совершенно другую войну, где на смену рукопашной постепенно приходили средства массового уничтожения.

Артиллерия и кавалерия уже сами по себе опрокидывали все туземные принципы ведения боевых действий. Поэтому и тактическая организация, и вооружение, защитное и наступательное, у ацтеков находилось на гораздо более низком уровне, чем у испанцев. Что мог поделать ацтекский воин в набедренной повязке и в шкуре ягуара, с дубиной, в лучшем случае оснащенной обсидиановым наконечником, против испанского пехотинца, закованного в железные латы, вооруженного шпагой и длинным копьем? Точно так же стрелы аборигенов из слабых, коротких луков не пробивали брони пришельцев, тогда как их арбалетные болты и пули косили наповал…

Комментарии