Уважаемые читатели! С июня 2016 года все сообщения форума переезжают в доступный для чтения архив. Остальной функционал интернет-портала «Вся Швейцария на ладони» работает без изменений: свежие новости Вы найдете на главной странице сайта, бесплатно разместить объявление сможете на "Доске частных объявлений". Следите за нашими новостями в социальных сетях: страница в Facebook и официальная группа в Facebook, страница в сети "Одноклассники". Любители мобильных устройств могут читать новости, афишу культурных мероприятий и слушать русское радио, скачав приложение "Ladoshki" для iOS и приложение для устройств Android. Если Вы еще не являетесь нашим подписчиком, но хотели бы получать анонс культурных событий на свой электронный адрес, заполните анкету на форуме, и Ваш адрес мы добавим в список рассылки. По вопросам сотрудничества и размещения рекламы обращайтесь по адресу: inetgazeta@gmail.com или звоните на контактный номер редакции: +41 76 460 88 37

Страница 10 из 10 ПерваяПервая ... 8910
Показано с 91 по 97 из 97

Тема: Правила жизни.

  1. #91
    Золотое перо Ладошек Заслуженный Писатель нашего времени Аватар для Yasmin Hasmik
    Регистрация
    17.10.2006
    Адрес
    Швейцария город Берн
    Сообщений
    20,431
    Записей в дневнике
    56
    Спасибо
    6,699
    Был поблагодарен 17,711 раз
    за 7,910 сообщений

    По умолчанию

    Правила жизни Микки Рурка



    61 год, Актер, Беверли-Хиллз
    Записал Кристофер Хёрд
    The GATE. Corbis Outline / RPG, East News.

    У меня было все. И я все просрал.

    Девять лет назад, когда я продал и потерял все, что у меня было — и друзей, и мотоциклы — моя жена сказала мне: «Если я останусь с тобой, то снова начну жрать наркотики. Ты убиваешь меня своим непостоянством». Она была права. И она ушла. Я плакал как ребенок, умолял ее не уходить. Я даже отрезал себе мизинец, чтобы она не уходила. Я ходил по комнате, и кровь из меня хлестала, как из свиньи. Но смотрите — его пришили обратно!

    Мой психотерапевт однажды сказал мне: «Микки, ты ведь не в Средневековье живешь. Тебе не обязательно ходить всюду в доспехах и с кучей оружия».

    Я потерял дом, жену, доверие, окружение. Я потерял душу. Я остался один. Перестал звонить телефон. Я жил на 200 долларов в неделю. Впервые за много лет я стал сам ходить в супермаркет. Сейчас я привык к этому, но в первый раз, когда я оказался там, толкал эту долбанную тележку, пытался купить что-то на ужин... Очень часто я ходил в одну круглосуточную забегаловку, где торчали только геи — просто для того, чтобы никто не узнал меня.

    Я живу в Лос-Анджелесе, самом скучном городе на свете. Я ненавижу его, но знаю, что в Лондоне или Нью-Йорке мне бы точно сорвало голову.

    Лучше всего я чувствую себя с людьми улицы. Возьмите моего водителя. Я знаю его 15 лет. Перед тем, как он стал моим водителем, он ограбил банк. Потом восемь лет сидел в тюрьме. Вот какие люди мне нравятся!

    Очень долгое время все мои деньги уходили на психотерапевта. На этого мозгоправа уходило все! Первые два года я ходил к нему трижды в неделю. Потом я стал ходить к нему дважды в неделю. Теперь — только один раз. За шесть лет я пропустил всего две встречи.

    Детства у меня не было. Отчасти потому, что я работал практически всю жизнь. Ну и по другим причинам. Когда я впервые добился успеха, я себя почувствовал, как баллистическая ракета. Вот же оно, мое детство, вечеринка продолжается! Я ведь не слезал с мотоцикла целых десять лет.

    Что касается женщин, я уже давно прошел через такой период, когда ты не хочешь просыпаться рядом с ней утром и готов пристрелить себя за то, что остался с ней вечером. Больше я себе такого не позволяю. Мой дом теперь — это просто образцовый монастырь.

    Я люблю сниматься в кино, потому что здесь все зависит от тебя. Это не бизнес и не политика. Либо ты хороший актер, либо ты сосешь.

    Я понимаю собак гораздо лучше, чем людей. Когда отец Локи (чихуахуа Рурка — Esquire) умер, я был вне себя, я был в отчаянии. Я позвонил Отцу Питеру в Нью-Йорк, и он сказал: «Всех, кого ты любишь с такой силой, ты обязательно увидишь снова». И это было как раз то, что я хотел услышать.

    Я встречал Тупака (известный деятель хип-хопа, снявшийся вместе с Рурком в фильме «Пуля» — Esquire) много раз, и каждый раз это было очень забавно, потому что я редко встречал в своей жизни людей, которых действительно можно назвать плохими. А ведь я как раз из этой категории. Работать с Тупаком было здорово. Чертовски круто. Я смотрел на него и думал: «Да, этот ублюдок направит на меня пушку, спустит курок и не моргнет».

    Мне нравится Роберт Родригес. Он бесстрашен и он... кладет на все . Я как-то сказал о нем: Роберт плавает в той воде, в которую еще никто не входил до него. Я уважаю это. А еще мне нравится его ковбойская шляпа.

    Люди все еще спрашивают меня про «9 с половиной недель». Совсем недавно, ко мне подошла одна девушка и говорит: «Это вы парень из того фильма?» Я говорю: «А тебе сколько лет-то?« Она говорит: «18». Я подумал и сказал: «Ну да, я этот парень». Наверное, я должен испытывать от этого какое-то удовольствие. Но те вещи, которые сделаны давным-давно, я стараюсь скорее отпустить от себя подальше. Каждый раз, когда кто-то упоминает о них, мне хочется сказать «Черт, о какой херне мы говорим!» Что касается «9 с половиной недель», то всегда найдется какой-то чувак, который скажет мне: «Я клево потрахался под твое кино». Или: «Одна девка тогда совершенно охренительно отсосала мне». Я слышал это не меньше 10 тысяч раз.

    Мои критерии женской красоты просты. Это как при покупке лошади: мне не нравятся тонкие шеи и короткие ноги.

    Спорт всегда доставлял мне больше удовольствия, чем кино. Я обожаю спорт. И я хочу успеть попробовать себя в чем-то новом раньше, чем по мне начнет скучать гериатрическое отделение. Боже, когда тебе за сорок, каким видом спорта ты можешь заняться? Рыбалкой, что ли?

    Я худший серфер в Калифорнии. Потому что мое умение держать равновесие идет из бокса.

    Однажды я вышел на ринг против одного ямайца (в начале 90х, уйдя из кино, Рурк занялся профессиональным боксом — Esquire). Дело было в Майами. Это был мой девятый бой, или типа того. Чувак был как сталь. Я помню, что в первом раунде дал ему со всей силы правой, а он даже не моргнул. Я подумал: «Вот черт, вечер будет длинным». Но у меня было преимущество — я был дома. Помню, что в пятом раунде я плюхнулся в свой угол, и тренер сказал мне: «Черт возьми, тебе лучше вернуться в кино!» Потом он дал мне затрещину и добавил: «Иди и выруби его на хрен». Я практически сделал это. Но до сих пор не могу поверить, что тренер действительно сказал такую штуку.

    У меня был чертовски долгий путь назад. Когда вы сидите на скамейке запасных целых десять лет — так, как сидел я — вам становится стыдно даже вполголоса сказать кому-то о своем возвращении. Я часто слышу: «У Траволты было громкое возвращение». Да, конечно — он же не буянил 15 лет подряд. Его встречали с распростертыми объятиями.

    Мне всегда казалось, что я должен достигнуть высот в чем-то очень специальном. Например, в банковских ограблениях.

    Те сцены в кино, где нужно драться или прыгать — самые сложные. Так что каждый раз, когда есть парень, готовый меня подменить, я предпочитаю заплатить деньги ему.

    Я изменился. Но внутри меня есть что-то, что не изменится никогда. И если я на секунду ослаблю хоть одну пуговицу, ад вырвется из меня наружу.

    У меня больше не будет шансов. Такие дела. Если я проебу свой шанс и на этот раз, мне останется только прыгнуть с самого высокого балкона. Люди часто спрашивают меня: «Какой из ваших фильмов вы считаете самым лучшим?» А я отвечаю им: «Эй, ублюдки, я свое лучшее кино еще не сделал!»

    Между Тупаком и мной было много общего. Даже несмотря на то, что мы чертовски разные. Я не из мира хип-хопа, он не ездит на Харлее. То, что нас объединяет — это наше воспитание.

    Бокс здорово повлиял на мой внешний вид. Когда нужно было чинить мой нос, этим докторам пришлось взять хрящ из моего уха, потому что в моем носу уже просто ничего не осталось.

    У меня шесть маленьких собак: Локи, Шоколадка, Сумасшедшая Красотка, Рубиновая Красотка, Чернушка и Челюсти. Конечно, я не похож на любителя маленьких собачек. В Лондоне, когда мы снимали «Громобоя» (фильм 2006 года с участием Рурка — Esquire), ко мне подошел один пьяный чувак и сказал: «Микки Рурк! Я тебе так скажу: ты стал сам похож на своих гребаных собачонок!» Я ничего не сказал этому мудаку. Похоже, его главная проблема — это чертовски маленький пенис.

    Когда я говорю «пидор», я не пытаюсь никого унизить. Для меня «пидор» — это как «заводной дрочила». Я не боюсь говорить «пидор». В жизни не буду осторожничать только из-за того, что какой-то чувачок, видишь ли, может оскорбиться, если я скажу «пидор». У меня есть друзья и среди геев. Мы часто перекидываемся этим словом. Так что если я захочу сказать «пидор», я, вашу мать, скажу «пидор». А если у кого-то проблемы со словом «пидор», пускай поцелует меня промеж ягодиц.

    Должен констатировать, что несколько ребят получили Оскаров за те роли, от которых я отказался.

    Люди полагают, что я жру наркотики, размахиваю кулаками и все такое. Похоже, они думают, что по ночам у меня вырастают рога и хвост.

    В современном кино уровень насилия поднят очень высоко — выше уже нельзя. Когда я смотрю фильмы с Клинтом Иствудом или со Стивом МакКвином (американский актер, получивший признание за роли антигероев — Esquire), я понимаю, что это кино скорее об искуплении. А сейчас насилие в кино появляется только ради насилия.

    Кинобизнес — это куча конского говнища. Все это иллюзия. Я знал ребят, которые были отличными актерами, но у них никогда не было работы. Я знал ребят, которые были настоящими звездами, но они даже не смогли бы сыграть говорящую какашку на детском утреннике. Так что у меня нет никакого уважения к кинобизнесу. Я уважаю только те доллары, которые мне платят.

    Женщина гораздо сильнее мужчины. Когда женщина говорит «все, хватит», это значит «все, хватит». Мужчина всегда будет валяться у нее в ногах в надежде вернуть. Я валялся. И почему-то счастлив.

    Люди очень боятся тишины. До усрачки боятся, потому что не знают, что она означает. А я люблю тишину. Она идет людям на пользу.

    Возвращение — хорошее слово, чуваки.
    Равнодушие - это паралич души.

  2. Следующие пользователи говорят Спасибо Yasmin Hasmik за это сообщение:

    Alexander Arussven (16.09.2013)

  3. #92
    Золотое перо Ладошек Заслуженный Писатель нашего времени Аватар для Yasmin Hasmik
    Регистрация
    17.10.2006
    Адрес
    Швейцария город Берн
    Сообщений
    20,431
    Записей в дневнике
    56
    Спасибо
    6,699
    Был поблагодарен 17,711 раз
    за 7,910 сообщений

    По умолчанию

    Правила жизни Жан-Люк Годара


    Режиссер, 82 года, Париж

    Из публичных выступлений
    Фотограф Patrick Swirc / Modds
    Я снимаю фильмы, чтобы скоротать время.

    Я начинал как режиссер, снимающий буржуазное кино, и это лишь потому, что я выходец из буржуазной среды. Человек, который разбирается в муравьях, не может ничего сказать о жесткокрылых.

    У меня есть идея фильма под названием «Народ захватывает власть». Часть первая: захват власти социалистами. Часть вторая: социалисты свергнуты женщинами. Часть третья: женщины свергнуты детьми. А потом уже дети свергнуты животными. Итого четыре власти. У меня нет точных расчетов, но фильм обойдется в триста или четыреста миллионов, то есть в сумму, которую не принес создателям даже «Крестный отец», из чего я делаю вывод, что снять мой фильм просто невозможно.

    Считается, что «Новая волна» — это дешевый фильм, противопоставленный дорогому, но это не так. Это просто хороший фильм — сколько бы он ни стоил, — противопоставленный плохому.

    Искусство — это то, что позволяет обернуться, увидеть Содом и Гоморру — и не погибнуть.

    Сейчас все большему количеству людей кажется, что они знают, как снимать кино. И если бы все эти люди занимались самолетостроением, то самолеты падали бы при первом же взлете. Впрочем, в кино подобные катастрофы все чаще удостаиваются «Оскара».

    Лос-Анджелес — это просто огромный гараж.

    Я всегда сочувствовал французскому кино, потому что у него нет денег, и я сочувствую американскому кино, потому что у него нет идей.

    Война проста: кусок железа необходимо поместить в кусок плоти.

    Фотография — это правда. А кино — это правда 24 кадра в секунду.

    Документалистика интересна только тогда, когда внедрена в вымысел, а вымысел интересен только тогда, когда его подтверждают факты.

    Самое явное свидетельство заката искусства — это то, что разные его формы давно смешались друг с другом.

    То, что мы живем среди ослов, не означает, что мы должны ржать ослами.

    Когда я слышу слово «культура», я хватаюсь за чековую книжку.

    Быть молодым и богатым — неприлично. Старость и богатство сочетаются гораздо лучше.

    Чего я хочу больше всего? Стать бессмертным и умереть.

    Я ни с кем не разговариваю, и, если бы мне не приходилось общаться с актерами, я был бы по-настоящему одинок.

    Важно не путешествие, а то, с кем ты его совершаешь.

    Не думаю, что к фильму можно испытывать какие-либо чувства — чувства можно испытывать к женщине. Кино нельзя поцеловать.

    Порнография — это свидетельство бессилия обычного кино, не способного показать любовную сцену.

    Искусство привлекает нас тем, что демонстрирует то, что в нас скрыто.

    Разница между кино и телевидением очевидна. Когда мы идем в кино, мы поднимаем голову вверх. Когда мы смотрим телевизор, мы опускаем голову вниз.

    Все кончено. Было время, когда кино действительно могло положительно повлиять на общество, но это время прошло.

    У меня складывается ощущение, что в последние 20 или 30 лет кино в Голливуде снимают клерки, юристы и счетоводы.

    Чтобы критиковать чужие фильмы, ты должен научиться снимать свои.

    Кино — это самое прекрасное жульничество на свете.

    В любом фильме должно быть начало, середина и конец, но вовсе не обязательно в таком порядке.

    Мы всем и всегда будем обязаны Орсону Уэллсу.

    Тарантино назвал свою кинокомпанию в честь одного из моих фильмов (Bande a ` part, фильм 1964 года, в русском прокате «Посторонние»). А лучше бы просто дал мне денег.

    Многим удалось выссать на снегу свое имя, но среди них так много людей по имени Люк или Жо и так мало Иоганнов-Себастьянов.

    Я считаю себя современным кинематографистом, потому что пока жив.

    Быть или не быть — это вообще не вопрос.
    Равнодушие - это паралич души.

  4. Следующие пользователи говорят Спасибо Yasmin Hasmik за это сообщение:

    Alexander Arussven (21.09.2013)

  5. #93
    Золотое перо Ладошек Заслуженный Писатель нашего времени Аватар для Yasmin Hasmik
    Регистрация
    17.10.2006
    Адрес
    Швейцария город Берн
    Сообщений
    20,431
    Записей в дневнике
    56
    Спасибо
    6,699
    Был поблагодарен 17,711 раз
    за 7,910 сообщений

    По умолчанию

    Правила жизни Анджелины Джоли



    Актриса, 38 лет, Лос-Анджелес


    Татуировки, кровь и шрамы — вот из чего я сделана.

    Мне не нужен психоаналитик. Роли, которые я выбираю, — вот мой психоаналитик.

    Когда все девочки вокруг хотели быть балеринами, я хотела быть вампиром.

    Люди считают, что я полна темных тайн и одержима идеей смерти. Но если я и люблю задумываться о смерти, то только потому, что ценю жизнь больше, чем многие.

    Меня не пугает вид крови, и меня никогда не пугали мертвые тела. Когда я вижу мертвого человека, я думаю лишь о том, что совсем недавно он был живым, как я.

    В смерти есть что-то успокаивающее. Мысль о том, что завтра тебя может не стать, позволяет ценить жизнь сегодня — какой бы она ни была.

    Я довольно поздно поняла, что быть счастливой — это просто выбор, который ты делаешь.

    Без боли нет страдания, а без страдания мы никогда не научимся извлекать уроки из собственных ошибок.

    Я всегда считала недостатки привлекательными. Шрамы, например, кажутся мне сексуальными, потому что как бы говорят: да, я делал глупости.

    Мать никогда не кричала и никогда не ругалась. Она плакала, и я часто слышала, как она плачет, потому что наши спальни были рядом. Однажды, еще в школе, — не спрашивайте, что я делала, — я пришла домой под утро и увидела ее заплаканное лицо, лицо человека, который проплакал всю ночь.

    Мой отец (Джон Войт) — великий актер, но в первую очередь он великий отец.

    Пока я не начала сниматься в кино, я даже не знала свой размер груди.

    Мне нравится прятаться за моими персонажами. Я очень замкнутый человек, и я не слишком хорошо научилась ладить с известностью.

    Я не люблю, когда ко мне прикасаются. Когда-то мне сказали, что я замираю и задерживаю дыхание, когда кто-то приобнимает меня. Что ж, я до сих пор так делаю.

    Видимо, меня давно пора упрятать в психушку.

    Вот тут, над бровями, у меня складка, потому что мне постоянно приходится их поднимать в удивлении.

    Очень важно понять, насколько огромен на самом деле мир.

    Я отправилась в первое большое путешествие очень давно, и то, что я тогда увидела, меня потрясло и полностью изменило. Потом, продолжая путешествовать, я, как и все, наверное, прошла через период злости на тот благополучный мир, в котором родилась, и только потом поняла, что вместо того чтобы наблюдать или злиться, лучше искать способы помочь тем, кто живет в нищете.

    Видя в новостях лагеря беженцев, люди в Америке даже не понимают, что эти люди всего лишь хотят вернуться домой.

    Когда я впервые оказалась в Сьерра-Леоне, я увидела тысячи людей, которым повстанцы отрезали руки или ноги. Картина огромного мира буквально ворвалась в мою голову. Я помню, что первые дни, слушая истории этих людей, я постоянно плакала. Но потом я поняла, что им не нужны мои слезы.

    Из того, что мне удается заработать, я откладываю треть, трачу треть и еще треть отдаю на благотворительность.

    Самый большой подарок, который я сделала своим детям, — это возможность увидеть мир.

    Мои дети любят путешествовать так же, как я, и мне кажется, в головах у них уже есть понимание большого мира, потому что им комфортно в отеле на Манхэттене так же, как в палатке без электричества в кенийской пустыне.

    Я считаю, что дети должны увидеть всё своими глазами, поэтому мои дети жили вместе со мной в нашем домике в Камбодже. Но это даже не дом — так, шалаш на сваях, вокруг которого стоят еще сто таких же шалашей. Вместе с соседями, простыми крестьянами, мы работали на разминировании территории. На принадлежащей нам земле мы нашли 48 мин.

    Когда-то на спине у меня было вытатуировано маленькое окно. Потом я закрыла его огромным тигром. Но с самого детства, когда я была совсем еще девчонкой, я любила смотреть в окно, представляя, что куда-то вот-вот отправлюсь. Так было и потом. И не важно, что случилось — я только что вышла замуж, или занималась сексом с мужем, или закончила съемки в фильме, — я обязательно садилась у окна и смотрела на улицу, и за окном всегда происходит что-то интересное. Но теперь мое окно закрыто тигром. Я как бы раз и навсегда вышла в окно. Я была там, жила здесь и вообще сделала много таких вещей, о которых даже не мечтала, сидя у окна в детстве. Теперь я смотрю на небо, думая о том, как бы полететь.

    Быть свободной — значит жить, повинуясь интуиции, не причинять никому боль и не судить людей за их ошибки.

    Я всегда хотела прожить несколько жизней.

    Как только я перестаю следовать интуиции и начинаю действовать сообразно логике, я тут же попадаю в неприятности.

    Когда у тебя шесть детей, ты стараешься никогда не подвергать себя опасности.

    Иногда детские вопросы ставят меня в тупик. Они ведь могут спросить: «А почему Шрек и Фиона поженились, а ты все еще нет?»

    Мне кажется, что свадьба для детей — это просто красивый четырехъярусный торт.

    Жизнь отличается от кино хотя бы тем, что когда женщина лежит на кровати со своим любимым мужчиной, она вовсе не обязательно лежит в идеальной позе, и покрывало не прикрывает ее грудь.

    Мне кажется, люди были более сексуально раскрепощены в четвертом веке до нашей эры, и мысли об этом приводят меня в замешательство.

    Я работающая мать, и хочу, чтобы моя одежда была красивой, сексуальной и практичной одновременно.

    Мне всегда казалось, что стать матерью — это одна из самых страшных, ответственных и отчаянных вещей в мире. Это не татуировка во всю спину.

    То, в чем ты хорош, и то, в чем ты хорош по мнению окружающих, — это совершенно разные вещи.

    Это же мечта всей моей жизни — сыграть злодея в фильме про Бонда.

    Я не собираюсь сниматься в кино бесконечно. Когда-то мне придется стать бабушкой.

    В отличие от многих женщин, мне нравится быть беременной. Мне нравится это ощущение, что все твое тело принадлежит не тебе, а ребенку.

    Люди такие странные: они говорят мне, что я худая, полагая, что это поднимет мне настроение.

    С какого-то момента я поняла, что мне комфортно быть собой — что-то, чего я не чувствовала никогда. И сейчас я могу наконец-то сказать, что моя жизнь так же интересна, как моя работа.

    Спросите разных людей о том, что они больше всего хотели сделать, и окажется, что никто этого еще не сделал. Вот что меня расстраивает по-настоящему.

    Мне не хватает времени на то, чтобы понять смысл жизни.

    Мне нравится что-то делать, мне нравится быть занятой, и мне нравится отвечать на кучу вопросов. Но я не знаю, в каком количестве фильмов я снялась. Сбилась со счета.

    Когда учишь язык, начинай с ругательств. Хорошая брань может помочь тебе лучше любого разговорника.

    Драки в кино всегда выглядят красиво, а в жизни — всегда отвратительно.

    Я не умерла молодой, и это уже хорошо.
    Равнодушие - это паралич души.

  6. Следующие пользователи говорят Спасибо Yasmin Hasmik за это сообщение:

    Alexander Arussven (03.10.2013)

  7. #94
    Золотое перо Ладошек Заслуженный Писатель нашего времени Аватар для Yasmin Hasmik
    Регистрация
    17.10.2006
    Адрес
    Швейцария город Берн
    Сообщений
    20,431
    Записей в дневнике
    56
    Спасибо
    6,699
    Был поблагодарен 17,711 раз
    за 7,910 сообщений

    По умолчанию

    Правила жизни Cьюзан Cарандон




    Актриса, 67 лет, Нью-Йорк


    «Тельма и Луиза» — это просто прекрасное жаркое лето, в которое мне позволили быть дикой.
    Так скучно быть Сьюзан. Сейчас вы ни за что не найдете Сьюзан, которой было бы меньше 35. Сейчас кругом Джессики. А те, кого когда-то назвали Сьюзан, меняют потихоньку свои имена на что-нибудь типа Сигурни. Но однажды на кинофестивале в Торонто ко мне подошла женщина с девочкой и сказала, что назвала дочь в мою честь. Подталкивает эту девочку ко мне, и я все жду, что она скажет: «Привет, я Сьюзан». Но тут мама говорит: «Познакомьтесь, это Сарандон».
    Я училась в очень строгой католической школе, но никогда не была бунтарем — просто задавала много вопросов. В третьем классе нам сказали, что истинный брак может быть только по католическому обряду. Я спросила: «А как же поженились Иосиф и Мария, если Иисус еще не родился и никакой католической церкви не было?» Но они сказали, что во мне бушует первородный грех, и выставили в коридор. С чувством юмора дела там обстояли неважно.
    В брак я не верю. Я верю в любовь и доверие — но я не верю в брак. Брак — это удел адвокатов, но никак не влюбленных. Мне не нравится это ощущение от брака — будто люди вступают в какую-то должность и отныне подчинены друг другу. Мне просто нравится просыпаться с тем человеком, которого я выбрала.
    Мы прожили 23 года с Тимом (актером Тимом Роббинсом), что в голливудском исчислении, наверное, все 50. Но никакого секрета здесь нет — просто не нужно искать того, кто лучше. Потому что тот, кто лучше, всегда найдется.
    Сердце — это просто еще один мускул в твоем теле.
    Заниматься любовью — это как отбить бейсбольный мяч. Ты должна одновременно расслабиться и сконцентрироваться.
    Неужели выбор стоит так: или ты начитанная недотрога, или страстная ? Мне кажется, всегда есть способ совместить.
    Мне отвратительна мысль, что в отношениях двух людей один должен целиком заполнять другого. Ты должен уметь вызвать улыбку, когда ей грустно; читать ей газету, когда она не понимает, что происходит в мире; ставить ей музыку, которую она не слышала; говорить ей, что она полна дерьма, если она полна дерьма; быть справедливым в споре; быть крутым в постели; говорить «пошло оно все к черту, давай съездим куда-нибудь». Но никто не должен заполнять собой другого человека.
    Мне повезло: когда мощные галлюциногены стали доступны, я уже вышла из того возраста, чтобы ими интересоваться.
    Я всегда была предельно откровенна в интервью. Сейчас, может, и соврала бы, но, кажется, уже поздно.
    Чем старше я становлюсь, тем меньше думаю о том, как выгляжу, и больше о том, что делаю.
    Я до сих пор остаюсь актрисой только потому, что не знаю, как бросить.
    Продюсеры приглашают на роль тех мужчин, на которых хотят быть похожи, и тех женщин, которых хотят трахнуть.
    Проблема большой груди заключается в том, что ее владелица, как правило, должна выбирать — большая грудь или мозги. Но моя грудь, к примеру, сильно переоценена.
    Феминизм в итоге свелся к очередному разделению по половому признаку. Это отвратительно. Я не хочу относиться к кому-то лучше только потому, что передо мной женщина. Я не голосовала за Кондолизу Райс, и я ненавижу Маргарет Тэтчер.
    Самая могущественная политическая партия в США — это те 50 процентов, которые не ходят на выборы.
    Я преданная луддитка. Механизмы ломаются, как только я приближаюсь к ним. Я еле-еле научилась писать смс. Я не гуглю свое имя. Вы гуглите? Прекрасно. А я нет. Предпочитаю оставаться в маленьком комфортном неведении.
    Я горжусь тем, что мои сыновья отлично готовят. Младший, например, печет потрясающий хлеб.
    Вряд ли есть что-то, что интересует меня больше, чем семья. Дети способны заново перепридумать для тебя весь мир.
    Мне неинтересны необычные люди. Мне интересен обычный человек, оказавшийся в необычной ситуации.
    Нельзя излечить душу, не занимаясь телом.
    Да, сердце — просто мускул. Но оно устроено как любой другой мускул: чем чаще используешь, тем больше он становится.
    Равнодушие - это паралич души.

  8. Следующие пользователи говорят Спасибо Yasmin Hasmik за это сообщение:

    Alexander Arussven (06.12.2013)

  9. #95
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию Правила жизни. Юлия Гиппенрейтер



    Правила жизни
    Юлия Гиппенрейтер
    Психолог, 85 лет, Москва

    Ценности, которые сегодня пропагандируют и к которым многие стремятся — деньги, карьера и материальное благосостояние — очень мелкие по сравнению с тем, что такое человек
    Нет таких ситуаций, когда ребенка можно ударить. Да, известно, что Пушкин драл своих детей, но тогда это считалось нормой.
    Это удивительно: в 1994 году я опубликовала книгу «Общаться с ребенком. Как?», и вот уже 20 лет она выходит непрерывно. Бестселлер! Но этого я, конечно, не ожидала. Ни один автор, я думаю, не может ожидать, что его книга будет держаться на рынке 20 лет. Лев Толстой, наверное, тоже не ожидал.
    Раньше русские люди путали психологов с психиатрами и поэтому к психологу не ходили. Многие говорили: «Я что, псих? Я не пойду!» И до сих пор дети боятся. Думают, что к психологу отводят сумасшедшего.
    Болезненное желание Мизулиной заботиться о ребенке — это вовсе не забота о детях, а использование детей в своих интересах. Ведь дети — это самое чувствительное место в обществе.
    У меня есть большая обида на журналистов. Берешь газету и читаешь заголовок: «Насилие над ребенком». Потом читаешь содержание, а речь, оказывается, не о насилии, а о развращении. Но ведь развращение и насилие — это совершенно разные вещи и разные преступления. Люди стали употреблять слова очень легко и перестали воспринимать их серьезно, а это очень затрудняет поиски правды.
    Когда Васильеву освободили из тюрьмы и в тот же день Сенцову дали 20 лет, кто-то написал, что это пощечина обществу. И вот вам дали пощечину, что вы будете делать? Я, например, буду читать Платона — просто, чтобы не погрязнуть в негативных эмоциях. Я должна самоизлечиваться. Чем? Культурой.
    Власть сегодня боится высокой культуры. Потому что культура — это забота о человеке, а власть о человеке заботиться не хочет. Она заботится о своих прямых интересах.
    Мой отец стал взрослым еще до революции. Он говорил: «Меня тошнит, когда говорят «чувство локтя». Он хотел быть сам по себе, независимым. Но он не учил меня жить. Ограничивался фразой «дура ты, дура».
    Какое-нибудь стыдное воспоминание? Когда мне было шестьдесят с лишним лет, я пошла получать французскую визу. Был март, таял снег, на обочине начистили большой сугроб. Я иду и вдруг слышу резкий звук, а в следующую секунду ударом в бок меня сбивает машина, и я лечу в сугроб. Из машины выбежал какой-то человек, но я быстро вскочила и сразу дала ему в морду. Он был очень интеллигентного вида. Поднял очки и тревожно меня спрашивает: «Как вы?» И тут мне стало очень стыдно! Я говорю: «Ничего, только бок немного болит» — повернулась и пошла. Он сел в машину, и машина въехала в ворота посольства. Я прохожу мимо полицейских и спрашиваю: «А кто это?» — «Это консул французский». Потом уже, когда я получала визу и меня пригласили внутрь, я думала только о том, как сделать так, чтобы он меня не узнал. Но напрасно. Он выходит с моим паспортом и спрашивает, нет ли у меня к нему претензий — вежливый и худой интеллигент в очках, которому грубая русская баба дала в морду. А ведь в документах написано, что я профессор и мне шестьдесят с чем-то лет.
    Я проколола уши в пятьдесят. А потом — когда летела в Америку с посадкой в Канаде — купила свои первые сережки. До этого я носила только клипсы.
    Я мало что знаю про этикет и не смотрю за тем, как его соблюдают другие. Харкать, плевать и грязь разводить — это неприятно. А надо мизинчик отставлять или не надо — этого я не знаю, и мне все равно.
    Меня не отвращает запах пота. Он мне даже близок в каком-то смысле, потому что пот — это либо труд, либо спорт. Тот, кто косит траву, пахнет потом, но я никогда не отшатнусь от этого запаха. Есть в нем что-то родное — в психологическом и в нравственном смысле.
    Ценности, которые сегодня пропагандируют и к которым многие стремятся — деньги, карьера и материальное благосостояние — очень мелкие по сравнению с тем, что такое человек.
    Не думаю, что после смерти с человеком что-то происходит. Самое интересное — это то, как он продолжает существовать среди живых людей. Ведь после смерти каждый из нас продолжает жить во многих формах, в разном виде и в разных людях. Лотман сказал, что с возрастом книги умнеют; прочитанная мною книга стоит на полке, но я продолжаю жить, и с моим возрастом эта книга умнеет. Вот так же и ушедший из жизни человек.
    Год назад мне поставили диагноз — рак. Мы улетели в Нью-Йорк, мне сделали операцию, потом была химиотерапия. Девять месяцев я боролась за жизнь. Врачи вначале говорили, что я не выживу, и дали мне три месяца. А потом сказали: «You are amazing», — когда на пятый или шестой день после операции меня выписали, и я сразу пошла в китайский ресторан.
    Нет для меня такого вопроса — сколько бы я хотела прожить. В науке иногда говорят: неправильно поставленный вопрос. Так вот, это неправильно поставленный вопрос. Я считаю, надо спрашивать не «сколько», а «как».
    Идеальная формула жизни для всех разная. У меня было так: с двадцати до тридцати — солнце, снег, горы, лыжи, философия, первая любовь и рождение детей; с тридцати до сорока — сплошные романы и наука; с сорока — мой муж Алеша и наука, а с шестидесяти — новая область деятельности.
    Мое главное правило — не останавливаться. Выживать во всех смыслах.
    Что такое научный работник? Это человек, который пытается выяснить истину.
    Записала Полина Еременко
    Фотограф Кирилл Глущенко
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  10. Следующие пользователи говорят Спасибо Kuki Anna за это сообщение:

    Alexander Arussven (11.10.2015)

  11. #96
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию

    Суровые, но ироничные правила жизни Джона Малковича



    Сегодня, 9 декабря, празднует юбилей Джон Малкович - дважды номинант на премию "Оскар", он известен множеством своих ролей в фильмах «Подмена», «Рэд», «Экстаз», «Опасные связи» и, конечно, «Быть Джоном Малковичем».

    Лучше чем цитаты актера из его интервью, ничего не расскажет о его личности и взглядах на жизнь.

    О себе:

    «Меня воспитали меня свободным, так что я давно путешествую во Вселенной без разрешений политиков.»

    «Я ненавижу телефоны со встроенной камерой. Это самая раздражающая вещь в истории человечества!»

    Об искусстве:



    О женщинах:

    «Я люблю дружить с женщинами: во-первых, они сильнее и выносливее, чем мы, во-вторых, гораздо лучше умеют слушать.»



    «Я провел столько сладостных часов с Ингеборгой Дапкунайте в своем номере! Так что теперь никто не скажет, что я гей. Потому что никто не знает, что на самом деле она мне растолковывала принципы пользования айфоном для чайников.»

    О семье:





    О профессии:


    «В кино я себя чувствую так, как бы ощущал себя пианист, которого попросили сыграть на саксофоне»



    «Многие мои роли, конечно, несут в себе скрытый гнев, который копится внутри меня, и многие из них наверняка позволили избежать каких-то катастроф в обычной жизни. Так как я не уверен, что вообще умею, собственно, играть, мне приходится черпать гнев вместе со всем остальным из собственных запасов. Притворяться, как многие другие, я не умею.»

    «Дело в том, что я привередливый тугодум. В большом кино, где все решает время, я начинаю тупить.»

    Об обществе:

    «Наше общество зациклено на психах, террористах, извращенцах, все хотят слышать только о них.»


    Источник gorabbit.ru
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  12. #97
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию Правила жизни бессмертного рок-н-ролльщика Лемми Килмистера

    Лемми Килмистер — бессменный лидер группы Motorhead. Английский рабочий, который совершил переворот в рок-музыке, сравнимый с тем, что произвёл Игорь Стравинский в академической или Орнетт Коулман в джазе. Вот семь жизненных правил, которые будут помнить даже после смерти Лемми.




    Лемми Килмистер (Lemmy Kilmister) Бас-гитарист, вокалист, бессменный лидер группы Motorhead

    В двадцать лет мы все уверены, что бессмертны. В тридцать надеемся, что бессмертны. В сорок молимся, чтобы смерть не была мучительной. И к старости убеждаемся, что смерть где-то неподалёку.

    1. Занимайтесь любимым делом


    «Смерть неизбежна, она ждёт нас всех. Конечно, ты начинаешь по-настоящему осознавать такие вещи только подобравшись к моему возрасту. Я не волнуюсь о том, что скоро помру. Я готов к смерти. Я бы только хотел уйти, всё ещё занимаясь любимым делом. Если даже я помру завтра — так тому и быть. Всё отлично».

    2. Не отчаивайтесь и добивайтесь цели


    «Никогда не сдавайтесь, — говорит Лемми. — И всегда имейте про запас бутылочку-другую. Когда мы начинали, все вокруг говорили, что Motorheadне продержится на сцене и полугода. В те времена мне ужасно хотелось позлить этих болтунов, и я продолжал делать своё дело, невзирая ни на что».

    3. Ни о чём не жалейте


    Лемми неоднократно признавался в интервью и автобиографии, что никогда ни о чём не сожалел. «Надеюсь, что народу он понравится, советую всем купить себе по две копии. Вы не разочаруетесь. Почему не три? Подставка для стакана из двух дисков удобней, если они вам не понравятся».

    4. Помните, что молчание — золото


    «Большинство людей, мать их за ногу, просто не умеют обосновать свою точку зрения. Есть мнение и всё тут. Поэтому всем следует заткнуться и начать думать, стоит снова вернуться в школу и поучить историю».

    5. Будьте ближе к людям


    Большая часть текстов Motorhead была написана под влиянием тех или иных бесед с живыми людьми. «Нужно не только угождать себе, но и радовать публику, — говорил Лемми. — Я никогда сознательно не буду относиться к другому как к человеку низшего ранга».

    6. Не игнорируйте проблемы — решайте их


    «Я не понимаю тех людей, которые считают, что если что-то игнорировать, то оно исчезнет само собой. Ничего подобного: если делать вид, что этого не существует, то оно наберёт силу. Европа долгое время игнорировала Гитлера. В результате он вырезал четверть мира».

    7. Чувства — важнейшая часть жизни


    «Очень важно не забывать о собственных переживаниях. Если ты всегда будешь помнить собственные переживания, то не забудешь и о чужих чувствах».
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

Страница 10 из 10 ПерваяПервая ... 8910

Информация о теме

Пользователи, просматривающие эту тему

Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)

Похожие темы

  1. Этикет. Правила и советы на все случаи жизни.
    от Kuki Anna в разделе Кафешка (раздел для приятного общения)
    Ответов: 51
    Последнее сообщение: 16.12.2015, 19:48
  2. Вегетарианство как стиль жизни (поговорим о плюсах и минусах жизни без мяса)
    от Виктория Противная в разделе Домашний очаг, красота и здоровье
    Ответов: 63
    Последнее сообщение: 05.08.2015, 09:23
  3. Ответов: 381
    Последнее сообщение: 21.09.2014, 15:47
  4. Изменились правила дорожного движения? (Все о ПДД)
    от Александр Волошин в разделе Авто. Мото. Вело (покупка автомобиля и оформление страховки)
    Ответов: 72
    Последнее сообщение: 01.11.2011, 15:27

Метки этой темы

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •