Уважаемые читатели! С июня 2016 года все сообщения форума переезжают в доступный для чтения архив. Остальной функционал интернет-портала «Вся Швейцария на ладони» работает без изменений: свежие новости Вы найдете на главной странице сайта, бесплатно разместить объявление сможете на "Доске частных объявлений". Следите за нашими новостями в социальных сетях: страница в Facebook и официальная группа в Facebook, страница в сети "Одноклассники". Любители мобильных устройств могут читать новости, афишу культурных мероприятий и слушать русское радио, скачав приложение "Ladoshki" для iOS и приложение для устройств Android. Если Вы еще не являетесь нашим подписчиком, но хотели бы получать анонс культурных событий на свой электронный адрес, заполните анкету на форуме, и Ваш адрес мы добавим в список рассылки. По вопросам сотрудничества и размещения рекламы обращайтесь по адресу: inetgazeta@gmail.com или звоните на контактный номер редакции: +41 76 460 88 37

Страница 23 из 28 ПерваяПервая ... 132122232425 ... ПоследняяПоследняя
Показано с 221 по 230 из 277

Тема: За кадром (истории о том, чего не увидел зритель)

  1. #221
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию

    РИНА ЗЕЛЕНАЯ: “СО СВОИМ МУЖЕМ Я БЫЛА СЧАСТЛИВА КАЖДЫЙ ДЕНЬ!”



    — На Северный полюс? Рина, ты меня разыгрываешь! — не поверил муж.
    — Какое там разыгрываю! Нет, Котэ, я действительно лечу. Через три дня!
    — Но ведь ты только сегодня вернулась с гастролей. Я не видел тебя месяц! Какой еще Северный полюс?!! — с пол оборота заводится темпераментный Котэ.
    — Прости меня, мой ангел! Что тут поделаешь? Полярники с дрейфующей льдины прислали запрос на артистов.
    — Так… И что, кроме тебя желающих отправиться на Северный полюс не нашлось?
    — Ну почему… Нас летит тринадцать человек: конферансье Борис Брунов, пара акробатов, арфистка Вера Дулова…


    Рина вдруг осеклась и посмотрела на Котэ. Их глаза встретились, и ссора умерла, так и не родившись — супруги бешено захохотали. Просто обоим вообразилась одна и та же картина: на дрейфующей льдине, среди торосов — арфа, и Вера Дулова перебирает струны, осененная северным сиянием. Рине Зеленой и Константину Топуридзе часто приходили на ум одинаковые мысли, и всегда веселые…



    ЦВЕТ СЛОВЕСТНОСТИ
    В реальности вышло еще смешнее. Вера Дулова ладно: надела унты, доху, меховой бушлат, и отыграла на своей арфе, что положено — разве что руки заиндевели. Рина Зеленая с ее разговорным жанром и подавно легко отделалась — только немного испугалась, когда из-за торосов показались белые медведи, но их быстро отогнали выстрелами. А вот акробатам пришлось действительно несладко: поди-ка, полетай под бирюзовым полярным небом в одних шелковых трико! Да еще непривыкшие к такому зрелищу лайки отчаянно брешут и норовят ухватить за пятку.



    Вернувшись, Рина соорудила из всего этого прелестный рассказ и потчевала им слушателей на всевозможных дружеских застольях. Ведь она была необыкновенной мастерицей рассказывать! Директора Творческих Домов наперебой зазывали ее к себе. Однажды, когда Рине было едва за тридцать, директор Дома актеров ВТО Эскин до слез насмешил ее, заведя такую речь: мол, ВТО для нее — второй дом, и, когда она умрет, лучшего места для панихиды не придумать. Зеленая много раз рассказывала это, как анекдот, пока среди слушателей случайно не оказался директор ЦДРИ (Дом работников искусств) Филиппов и не принялся возмущаться: “Какая бестактность! Что этот Эскин себе позволяет! Разумеется, ты будешь лежать только здесь, в ЦДРИ!”.



    Зиновий Гердт, близко друживший с Риной, вспоминал случай на 60-летии Твардовского. Поэт пребывал в тоске — его только-только уволили из главных редакторов журнала “Новый мир” — и праздник получился невеселым. Тут на дачу ворвалась Рина Зеленая — сказала, что ищет Гердта. Незваную гостью усадили за стол, налили водочки. Тут Рина принялась теребить друга Зиновия: “Хочу выступить!”. Гердт в ответ: “Вы что, идиотка? Здесь цвет российской словесности, как же вы можете со своими штучками?”. Но Зеленая настаивала, и Гердт сдался: “Перед вами хочет выступить…” А Рина уже перебивает: “Вы что, идиот? Здесь собрался цвет российской словесности, как же я могу со своими шуточками”... Естественно, ее стали просить, и Рина прочла кое-что — Твардовский от смеха катался по дивану! А потом сказал Гердту: “Зяма! Тронут, что вы позаботились обо мне, и в печальную минуту привезли Рину”...



    Ее шуточки мигом разлетались по Москве. К примеру: “Что вы все хлопаете меня по коленке? Не выношу, когда вмешиваются не в свое тело!”. Или: “Обратите внимание! Здесь валяется Рина Зеленая. Она упала” (это было сказано прохожему из колючих и цепких кустов, откуда Рина минуты две не могла выбраться).



    Но была одна тема, шутить на которую при Зеленой было рискованно: это была ее внешность. Щуплая, с неправильным и тяжелым лицом, она стерпела, когда про нее сказали: похожа на мальчика, который похож на девочку. Стерпела и “артистку с малыми формами”. А вот на художника Бориса Ефимова, нарисовавшего на нее шарж, обиделась смертельно, и долгие годы отметала все его попытки объясниться. Нет, она не тяготилась собственной невзрачностью. И даже отваживалась брать с собой на романтические свидания свою ближайшую подругу — ослепительнейшую из московских красавиц Ирину Щеголеву (впрочем, велев не красить губ а нос натереть докрасна). Но все же втайне, пожалуй, сожалела, что не родилась красивой...



    При этом Рину — к ее великому изумлению — вечно путали с актрисой МХТ Ольгой Пыжовой — тоже славившейся остроумием, но при этом еще и эффектной, фигуристой (Зеленой приходилось строго предупреждать незнакомых людей: “Имейте в виду: я — не Пыжова!”). Просто артистизм, бойкий язычок и независимый нрав превращали Рину в красавицу, не хуже многих. И так было с ранней ее юности.



    КАК ЕКАТЕРИНУ УРЕЗАЛИ ДО РИНЫ
    “Исчезни, не всякая пустота прозрачна!”, — отбривала любого недруга пигалица-гимназистка с тощими косицами и смешной фамилией Зеленая. В классе ее побаивались и считали злючкой. Она и благодарила не без насмешки: “Тронута, двинута, перевернута, опрокинута”. Даже учителя предпочитали не связываться с язвительной Катей! К примеру, презирала Зеленая занятия рукоделием, и ей позволялось читать девочкам вслух, пока те шили. “Я никогда не прикасалась к наперстку”, — гордилась Екатерина. Между прочим, одевалась она хуже всех, но даже это считалось проявлением гордого высокомерия.



    На самом деле причина была в отце Кати — он был до неприличия скуп. Имея хорошее чиновничье жалованье и счет в банке, не гнушался ходить с кухаркой на базар, чтобы купить подешевле. На хозяйство оставлял какие-то невозможные крохи. Деньги на одежду для четверых детей выдавал раз в год, и ничто не могло заставить его раскошелиться во второй раз, хоть бы вся гардеробная сгорела вместе с домом! Мать, выданная замуж шестнадцатилетней и против воли, вела с отцом затяжную домашнюю войну, и главным ее оружием была безрассудная расточительность. Надежда Федоровна могла, например, отдать старьевщику за бесценок совершенно новые детские пальто, и на вырученное купить красок и холстов (не важно, что детям пришлось потом целый год ходить в обносках!).



    Однажды, когда к ним во двор забрел продавец сладостей со стеклянной витринкой на плече, она купила и своим, и соседским ребятишкам по пирожному — потом выяснилось, что взяла в долг, а чтоб расплатиться, продала материю, купленную мужем на новый мундир. В тот вечер в доме Зеленых разразился один из самых страшных скандалов. А вскоре мать исчезла из дому, и целый месяц посылала домой, в Москву письма с петербургским штемпелем, а отец в ответ отправлял ей деньги и угрожающие телеграммы. Кончилось тем, что Надежда Федоровна вернулась в семью посвежевшая и похорошевшая. И жизнь потекла по-прежнему, вплоть до самой революции.



    Отец сориентировался быстро, и в 1918 году уже заведовал организацией вещевых складов у большевиков. Из Москвы его перевели на Украину, и однажды Надежда Федоровна получила от него письмо: отец звал их к себе в Одессу. Старшие дети — сын и дочь — остались в Москве, остальные стали собираться. Взяли много вещей, даже граммофон с любимыми пластинками: песни Вяльцевой, анекдоты Бим-Бома. Не взяли только теплых вещей, потому что ехали на юг. В дороге Катя простудилась, и в Одессу приехала в тифу. А по приезде оказалось, что их никто не ждет — отец завел себе новую жену. Ехать назад не на что, снимать жилье, покупать еду и дрова — тоже. Было с чего прийти в отчаяние! Но Кате отчаяние не по характеру, и она — единственная из всех — сохранила оптимизм. И, едва оклемавшись, стала искать возможность заработать.



    И вот она — с еще не отросшим после болезни бобриком — идет по улице и видит объявление о наборе в театральную школу. Изумляется: разве актеров учат?! Но, за неимением других идей, как прокормиться, решила податься туда. И дело пошло! Однажды на афише не уместилось ее полное имя: “Екатерина Зеленая”. Пришлось сократить до “Рины”. В этом новом имени было что-то необычное, праздничное, и даже балаганное! Зеленой это подходило. Она не стремилась играть на сцене Ибсена или Чехова — зато пела, танцевала и пародировала, переодеваясь по пять раз за вечер — то в сарафан на кринолине, то в черные бархатные трусики со страусиными перьями — к пародийному костюму “стриптизерши” прилагался еще и надувной бюст.



    Вскоре Рина почувствовала в себе достаточно сил, чтобы ехать покорять Москву. Старшая сестра, все это время остававшаяся в их квартире, приняла Рину довольно сухо, и та предпочла снять шестиметровую комнату у соседей — там помещалась лишь железная кровать и сундук. При этом девушка выписала из Одессы мать и младшую сестру, а те позвали с собой двоих одесских соседей — как все разместились на 6 метрах, и сами не поняли! Кстати, когда отец состарился, он со своей второй женой тоже перебрался в Москву на попечение Рины. Заботилась она и о дочерях старшего брата, погибшего на войне, и даже о детях той самой старшей сестры, что когда-то не пустила ее на порог родного дома.



    …Двадцатые годы, НЭП, жизнь в Москве сумасшедшая! Рина то принесет домой в качестве гонорара полбуханки черного хлеба, а то какую-нибудь стерлядь в белом вине под соусом кумберленд. Денежных гонораров в кабаре “Нерыдай”, где Зеленая работала по ночам, не платили. Конферансье объявлял ее выступление так: “Актриса речи, рассказчица, мимистка, танцовщица с иронически лукавой улыбкой и мгновенной реакцией на окружающее. Если вы скажете мне, что это Рина Зеленая, я не буду возражать!”.



    ПОКОРМИТЕ ЗЕЛЕНУЮ!
    А потом в ее жизни случилось кино. Сначала — “Путевка в жизнь”, следом — “Подкидыш”. Сценарий последнего сочиняла сама Зеленая вместе с Агнией Барто. Кстати, это у Барто была тараторка-домработница, с которой Рина скопировала свою героиню (“Хорошенькое дело! Хватились — пианины нету!”, — цитировала вся страна). С тех пор дамы в парикмахерских стали просить подстричь их “Под Зеленую” — это ли не высшее доказательство популярности?



    Но даже после такого успеха ее поразительно мало приглашали в кино. Рина все мечтала сняться с Любовью Орловой, просила Александрова, а тот отговаривался: я-то, мол, с удовольствием, да в сценарии подходящих женских ролей нет. “Тогда дайте мужскую!”, — требовала Зеленая. “Мне говорили “Рина, Рина”, а снимали других, — вспоминала она. — Наверное, надо было выйти замуж за кинорежиссера, но мне это не приходило в голову. Да и им, наверное. Никита Михалков перед Домом кино однажды упал на колени: “Рина, ты моя любимая актриса”. Я сказала: “Так дай мне роль, какую-нибудь самую плохую”. Но он только поклялся в вечной любви, поцеловал. И так всю жизнь. А я страдала, как голодный человек”.



    Настоящий успех ей принесло радио: “передача о маленьких для больших”. Все началось с необходимости заполнить паузу в концерте — Рина не придумала ничего лучше, чем прочесть детским голосом Мойдодыра. Это имело успех, и родился жанр “детских хохм”. За материалом Рина вечно “охотилась”, подкрадываясь к знакомым и незнакомым детям и вслушиваясь в их лепет. Например, ребенок видит двух новорожденных близнецов в коляске и спрашивает: “Зачем их положили вместе? Они же мешают друг другу плакать!”. Или родители обсуждают, какой подарок отправить папанинцам — ребенок предлагает: “Меня”. Ничего особенного, но в исполнении Зеленой звучало здорово!



    Однажды у Рины появился свой автор, да еще какой! В тот день она сражалась на корте (вопреки моде тех лет Зеленая была страстной спортсменкой: теннис, гребля в четверке, гимнастика, коньки, биллиард в компании с Маяковским — ее считали чудачкой!). Второй сет, и без того складывавшийся не в ее пользу, прервал нескладный, длинный молодой человек и, заикаясь, предложил почитать со сцены его стихи. “Ждите, когда я проиграю!”, — рассердилась Зеленая. Он дождался и всучил-таки ей коленкоровую тетрадку. Первое стихотворение начиналось так: “Дело было вечером, делать было нечего”. Рина вспоминала: “На следующий день он позвонил, мы встретились и подружились. Михалков ходил на концерты, репетиции, слушал свои стихи. Отчасти восторгался мною. А друзья шептали: “Опять твой длинный сидит в зале”. Если не было репетиции, мы ездили в пустых трамваях — мой любимый транспорт. Ходили по выставкам или просто помирали от смеха, рассказывая друг другу разные истории. А вечером после спектакля шли в “Жургаз”, где Михалков съедал 6 отбивных — платила я, ведь я получала зарплату, а он еще нет. Мне казалось, что он всегда был голодный”. Когда он женился на Кончаловской, Рина какое-то время снимала им комнату. Потом на свою голову познакомила Михалкова с Игорем Ильинским — и лишилась автора! (Для Ильинского Михалков писал много лет).



    Она была слишком отзывчивой и слишком непрактичной. И вечно удивлялась, откуда у коллег берутся деньги. У нее самой карман всегда был пуст — гонорары мгновенно спускались на родных, друзей, на светскую жизнь. Как люди шьют, укладывают чемоданы, готовят еду — все это было Рине неведомо. Она без конца меняла квартиры — лишь бы не затевать ремонт. Если чувствовала голод, жалобно сообщала домашним: “Меня пора кормить”. Когда моталась по фронтам с концертной бригадой, пуговицы ей пришивали бойцы. “Мне жалко себя, что никто никогда не узнает, какой у меня прекрасный вкус, — жаловалась Зеленая. — Мне достается всегда только то, что кому-то мало или велико. Мое первое пальто в 22 году, правда, было сшито на меня. Из серого солдатского одеяла!” Когда из Америки русским актерам в подарок прислали обувь, Зеленая выхватила из кучи красивый ботинок, померила — как раз! Нашла второй, а дома обнаружила, что оба ботинка на одну ногу. Так и ходила. Ведь не в ботинках счастье! Зато жили весело: “У нас у всех были свои дурацкие игры друг с другом. Актер Хенкин, тявкнув, как щенок, хватал актрис за ноги. Шутка. Хенкин клялся мне в любви, а я просила его дать расписку не кусаться. От этого некоторые падали в обморок. С Утесовым, где бы ни встретились, я гладила его по голове, как укротитель и говорила: “Цезарь, успокойся, ты молодец, Цезарь”. А Утесов брал в рот чуть ли не всю мою руку и урчал, очень довольный. И только после этого мы здоровались”.



    На именины Рины вечно устраивался костюмированный бал. То “русский” — женщины в сарафанах, мужчины в красных рубахах, в программе цыган с медведем на цепи, скоморох, медовуха, катание с гор и даже дыба. В другой раз “римский бал”: в квартире водрузили шесть колонн, стены разрисовали матронами с амфорами, на дверь ванной повесили табличку “Термы”, сами увенчали головы лавром и под управлением дирижера — Ириклия Андронникова — хором пели гекзаметры, сочиненные Михалковым. Эти хохмы часто придумывала не Рина, и не кто-то из ее коллег-актеров, а муж — Константин Тихонович Топуридзе, человек отнюдь не легкомысленной профессии — архитектор. Остается только удивляться, как у него хватало на это времени!



    Он был главным архитектором Ленинского района Москвы (а это в те времена значило: от Кремля до Внуково!), и иной раз Рине приходилось записываться к нему на прием, чтобы обсудить семейные вопросы. Кроме того, Топуридзе был заместителем академика Павлова по охране исторических памятников — это благодаря Котэ, к примеру, сохранились Новодевичьи пруды, которые при Брежневе хотели уничтожить Он работал всегда и везде. “Говоришь ему что-то на улице, а его нет рядом, — удивлялась Рина. — Значит, что-то увидел в арке ворот и ушел смотреть боковой фасад. Он видит дома насквозь. Если идем через площадь, он ее проектирует в уме заново”.



    По выходным, когда Котэ работал дома, его светская жена превращалась в этакую Душечку — пробиралась тихонечко в кабинет и смотрела, не отрываясь, как муж сидит за чертежами. И сердцем угадывала его малейшие желания прежде, чем он сам их осознавал, будь то стакан чаю или новый карандаш. Рина гордилась его умом и талантом больше, чем собственной популярность. Хвасталась: “Мне никогда не нужен ни один словарь, Котэ ответит на любой вопрос”. И сердилась на подругу — Фаину Раневскую, когда та слишком часто звонила им домой, чтобы узнать что-нибудь у эрудита Топуридзе: “Фаиночка, вы обнаглели, он мне самой нужен! Я тоже хочу у него все спрашивать, а вы его у меня отнимаете”…

    Она звала его К.Т.Т., а еще “Мой ангел”. Обращение это стало таким привычным, что даже домработница совершенно серьезно говорила: “Звонил ваш ангел, предупредил, что у него допоздна заседание”.



    АНГЕЛ С ХАРАКТЕРОМ
    Рина и Котэ познакомились лет на десять позже, чем могли бы. Это же надо: бывать в одних и тех же домах (у Евгения Шварца, у Ириклия Андронникова, у Алексея Толстого), но ни разу даже в дверях не столкнуться! А, с другой стороны, к чему сталкиваться раньше времени? Сначала Рина была замужем. Юрист Владимир Блюмельфельд был гораздо старше ее. За малый рост и покладистость она звала его Птичкой. Но редкой птичке под силу порхать круглыми сутками, как порхала сама Рина! К тому же первая слава ударила ей в голову, поклонники одолевали, и по части верности первому мужу Зеленой было в чем себя упрекнуть. Дело кончилось разводом, после чего она бросилась в роман с журналистом Михаилом Кольцовым. Он был женат, но Рина открыто сопровождала его на встречи с иностранцами, царила в “Жургазе” — вечернем клубе, учрежденном Кольцовым в ресторане издательства “Журнально-газетное объединение” на Страстном бульваре. Котэ — личность в Москве известная, между прочим, автор фонтана Дружбы народов на ВДНХ — тоже бывал там, и ел раков в компании Пыжовой, Ильинского, Довженко (раки в “Жургазе” были фирменным блюдом). Но с Риной познакомился не на Страстном бульваре, а в Абхазии, в доме отдыха “Синоп”, куда оба отправились залечивать душевные раны: Рина только-только ушла от Кольцова, Котэ развелся с женой. И, пожалуй, никому еще не удалось столь быстро и эффективно излечиться, как этим двоим, влюбившимся друг в друга с первого взгляда и на всю жизнь.



    “Так в моей жизни образовалась новая профессия — быть женой архитектора, — вспоминала Зеленая. — Мы с мужем прожили 40 лет, и всегда ходили, как дураки, держась за руки — такой привычки тогда ни у кого не было, все ходили под ручку”. И еще: “Если мужу случалось обижать меня, я могла биться головой о стену, он не повернулся бы посмотреть. А потом просто говорил: “Хорошо, я прощаю тебя”. Когда я уезжала на гастроли, он говорил: “Чтобы каждый день было письмо! Читать я его, может быть, и не буду, но чтобы оно лежало у меня на столе!”. Сам он не писал мне почти никогда. Характер у него был ужасный. Но во всем свете нельзя было найти человека, который был бы мне нужнее. И всю жизнь, каждый день я ощущала счастье!” Им было весело и спокойно друг с другом даже в старости. Даже в войну!



    Осенью 1941-го на крыше их дома примостилась зенитная батарея, и немцы все норовили жахнуть по ней бомбой. Налеты приходились на одно и то же время, ближе к ночи, и Рина заранее надевала шапку и боты, чтобы, как начнется, поскорее бежать в бомбоубежище. Котэ, напротив, раздевался и спокойно устраивался под одеялом. “Зачем, ведь все равно через двадцать минут начнут бомбить?”, — удивлялась Рина. “Я не могу так рисковать! Вдруг налета не будет?” Когда наступала его очередь тушить на крыше зажигательные снаряды, Рина шутила: “Хоть кастрюлькой прикройся”. Котэ возражал: “Я дворянин и не могу умирать с кастрюлей на голове!”. Они не позволяли себе бояться, и война их пощадила! Даже сын Котэ вернулся с фронта невредимый.

    О собственных детях Рина никогда не мечтала — боялась, что помешают профессии. При этом вечно умудрялась повесить на себя заботы о чужих. Племянники свои и мужа, внучатые племянники и, конечно, пасынки. Она любила их, считая, что у нее с Котэ все общее (кстати, его предыдущую жену она называла не иначе как “наша первая жена” и сумела с той подружиться. Так же, как Топуридзе сумел подружиться с ее бывшим мужем Блюмельфельдом). Младший сын Котэ, Сандро, так и вовсе очень скоро перебрался жить к ним. А старший, Роман, уходя на войну, не кому-нибудь, а мачехе надписал фотографию на память: “Дорогой Рине, снаружи Зеленой, внутри Золотой, от сына, идущего на фронт”.



    “ВРИТЕ НА ЗДОРОВЬЕ!”
    Однажды в 1969 Котэ проснулся среди ночи от невыносимой боли — это был инфаркт. У Рины от ужаса давление скакнуло за 200, повредилась сетчатка глаз. Через восемь лет у Котэ случился второй инфаркт, которого он не перенес. А Рина от шока ослепла. На похороны мужа она не ходила. Когда по настоянию сыновей устроили поминки, заперлась у себя в комнате.

    Пока был жив муж, она своих лет не чувствовала. Теперь же обнаружила, что превратилась в старуху. “Когда мне выдали новый паспорт, я посмотрела и не поверила глазам — там оказалось гораздо больше лет, чем я думала. Вообще неприятно жить в конце века. Едешь на дачу в электричке рядом с молодыми, слушаешь их и хочется закричать: “Возьмите меня с собой”. Но я знаю, что мое место здесь, в 20 веке, где все мне дорого, где все мои друзья. У нас было много хорошего”.



    “Никто не знал, что с Риной происходит, какие гадости или болезни, — говорил Гердт. — О них знала только она сама и не отвлекала человечество на свои проблемы”. Поразительно легкий характер! Она даже находила в себе силы по-прежнему шутить. “Если у вас бессонница, считаете до четырех. Можно до половины пятого”. “Мне пора называться не Риной, а Руиной Васильевной”.

    Теперь она много болела, а однажды дело дошло даже до комы. Из-за болезни костей Рина стала заметно ниже ростом, и страшно стеснялась этого. И все же снялась еще в трех фильмах. В том числе в знаменитой своей роли Тортиллы (“Человеческих ролей не дают, буду играть черепаху!”, — записала она в дневнике), и миссис Хатсон в “Приключениях Шерлока Холмса”. По поводу последней серии, снимавшейся в 1986 году, Зеленая шутила, что в первый раз сподобилась сыграть мебель…



    Одним из последних ее появлений на публике был творческий вечер Марии Мироновой. Хозяйка вечера, стоя у микрофона, хвасталась былыми любовными победами, а Рина — дряхлая, безучастная — сидела рядом на стуле и дремала. Только однажды, когда подруга пустилась в какие-то совсем уж неправдоподобные воспоминания, приговаривая: “Вот Рина не даст соврать”, Зеленая встрепенулась: “Ну почему же… Врите на здоровье!”.

    Последние полтора года Рина Васильевна прожила в Матвеевском, в Доме творчества киноактеров. После ее смерти писали, будто она закончила свои дни в доме престарелых, потому что была одинокой. Это не так — до последнего дня Зеленая была окружена любящей и благодарной родней. Просто в Москве она задыхалась, да и обременять никого не хотела. “Единственное, что я теперь могу для них сделать — это не быть дома”.



    Ей отчего-то очень долго не давали звания народной артистки СССР. Рина Васильевна шутила: “Если и дадут, то за пять минут до смерти”. Так и получилось. Утром 1 апреля 1991 года соответствующий указ был подписан, а в три часа дня народной артистки СССР Рины Зеленой не стало. По разным подсчетам ей было тогда то ли восемьдесят девять, то ли девяносто, то ли девяносто шесть лет. Просто в разное время она называла разные даты своего рождения. На вопросы отмахивалась: “Я вообще люблю приврать! Уже и сама забыла, что в моей биографии правда, а что придумано ради красного словца”. Как бы там ни было, кое в чем она точно не привирала: свою долгую жизнь она прожила на зависть счастливо.

    Ирина ЛЫКОВА
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  2. #222
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию Анастасия Вертинская: история успеха



    Анастасия Вертинская - символ красоты, утонченности и необычайной женсnвенности. Ее красота изысканна, нереальна и, как кто-то удачно сказал, - интеллектуальна. Причем, внешняя красота является отражением внутренней красоты, благородства и чистоты души.

    В Анастасии Вертинской все необычно. Дочь всемирно знаменитого шансонье Александра Вертинского и его красавицы-жены Лидии, она унаследовала и красоту, и талант, привнеся в них собственное неповторимое очарование.

    Она родилась 19 декабря 1944 года в Москве. У Анастасии, по ее собственному признанию, было счастливое детство. Хотя когда ей было пятнадцать лет, отец умер, и это был страшный удар, от которого она не могла оправиться долгие годы. Сейчас она вспоминает свою жизнь дома с папой как чистую идиллию.

    Влияние отца незримо сказалось еще в одном: в личной жизни Вертинской. Как она сама с сожалением отмечает, рядом с ней никогда не было человека, который смог бы заменить ей отца. Она искала мужчину, который был бы намного старше ее, умнее, мудрее.

    Анастасия Вертинская дважды была замужем и оба раза не смогла выдержать испытание браком.



    Первый брак был с Никитой Михалковым, и продержался неполных четыре года. У Никиты уже тогда была вполне определенная формула жены: она должна сидеть в усадьбе, то бишь на даче, рожать детей, варить варенье и ждать мужа. Анастасия теоретически была полностью согласна с этой формулой, но сама под нее, увы, никогда не подходила. Разойдясь с Никитой, она сохранила к нему уважение, никогда не сказала сыну ни одного дурного слова про отца. Вторым мужем Анастасии Вертинской стал Александр Градский. Этот брак, как легко догадаться, постигла судьба первого, причем по тем же самым причинам. Этот опыт усилил неприязнь Вертинской к браку, и больше она замуж не выходила. Романы были. Одни из самых ярких - с Михаилом Казаковым, Олегом Ефремовым, за которого она одно время даже хотела выйти замуж.

    В жизни Анастасии Вертинской всегда существовала еще одна проблема: ее красота. “Если говорить о моем личном опыте, то мне всегда было очень тяжело. Со стороны это выглядело моей озлобленностью, но мало кто знал, как мне трудно. Я разговаривала резко, я отшивала мужчин. Это шло от какого-то страха, что на меня смотрят как на общественное достояние. Для меня моя красота была тяжким бременем, аскезой. Что касается узнаваемости, она была еще одним моим крестом и только усиливала мои комплексы.



    Анастасия Вертинская совершенно спокойно относится “к бегу времени”, к тому, что становится старше. Она считает, что у каждого возраста - свое счастье, и не хотела бы вернуться в свою раннюю молодость, где было столько ошибок. “У меня нет мази Азазелло, я не знаю никакого петушиного слова. "Портрет Дориана Грея" — произведение важное и для косметологии. Надо побеждать в себе гнев и бешенство, то, что человек делает, и даже то, что он говорит, может уродовать его. Я не кладу на лицо огурцы, помидоры, сметану, мед, яйца, мочу и прочие натуральные продукты. Правда, я умываюсь минеральной водой. С тридцати лет делаю массаж лица и тела. Не ем жирного. Поддерживать форму приходится ценой тяжкой борьбы с собой, я не из худощавых от природы счастливиц. Во время съемок ем чернью сухари. Но после обязательно срываюсь, страшно много ем. Потом борьба возобновляется”.

    История успеха
    В 1961 году, еще школьницей, Анастасия дебютировала в кино, сыграв Ассоль в фильме "Алые паруса". Вторая сыгранная ей роль принесла еще большую известность - Гуттиэре в фантастической ленте "Человек-амфибия". В 1962 году Вертинскую в возрасте восемнадцати лет приняли в труппу Московского театра имени Пушкина.

    После роли Офелии в фильме "Гамлет" Вертинская становится одной из самых востребованных актрис. Оны сыграла роль Лизы Болконской в киноэпопее Сергея Бондарчука "Война и мир" (1966-1967) и Кити Щербацкой в еще одной экранизации Льва Толстого "Анна Каренина" (1968).
    С 1968 года Анастасия Вертинская - актриса ведущих московских театров:театра имени Пушкина, имени Евгения Вахтангова, "Современник", позднее играла в театре драмы и комедии на Таганке, МХАТе.



    И на экране, и на сцене Анастасия Вертинская воплощает образы литературных героинь из произведений самых разных форм и жанров, сочиненных писателями самых разных эпох и направлений. Она - актриса утонченной психологической глубины и, по словам выдающегося режиссера Анатолия Эфроса, "столь физически естественна и обладает такой изысканной актерской грацией, что это кажется порой невероятным".

    Одновременно с работой в театре Анастасия Вертинская продолжает много сниматься. За "Анной Карениной" последовали картины: "Влюбленные" (1969), "Не горюй!", "Тень" и др. В 1978 году Михаил Козаков снял телевизионный фильм "Безымянная звезда" по одноименной пьесе румынского писателя Михаила Себастиана с Анастасией Вертинской в главной роли. В 1979 году она озвучила роль Констанции Бонасье, которую сыграла Ирина Алферова.



    Анастасия Вертинская не раз снималась с красивыми и талантливыми актерами. В телесериале "Овод" (1980), где она играла Джемму, в роли Артура дебютировал Андрей Харитонов. В фильме "Кража" по пьесе Джека Лондона вновь состоялся дуэт Анастасии Вертинской и Иннокентия Смоктуновского. В 1980 году Анастасия Вертинская была удостоена звания "Заслуженная артистка РСФСР", а в 1988 году - "Народная артистка РСФСР".

    Анастасия Вертинская в течение ряда лет преподавала актерское мастерство в Оксфорде, в Париже, в Швейцарии. На сцене парижского театра "Nanterre des Amandiers" вместе с учениками поставили спектакль "Чехов. Акт III". Она является автором телепрограмм "Золотое сечение" и "Другие берега" (по жанру: что-то вроде литературно-музыкально-философской композиции "о душе"! выходивших на канале ОРТ. Занимается благотворительностью.

    И все же, при всей своей популярности, Анастасия Вертинская всегда держалась как бы чуть отстраненно от общества. Она любит уют, комфорт. Вечерами пишет новеллы, сценарии, дневники. Обладает необычайными кулинарными талантами, особенно любит сибирскую, грузинскую и китайскую кухню. Последняя на сегодня перемена в жизни Анастасии Вертинской и вовсе фантастична. Она увлеклась... кулинарным делом и даже учит профессиональных поваров готовить различные национальные блюда. Этот новый вид деятельности Вертинская развивает в ресторанах, открытых ее сыном от первого брака. Так что можно только позавидовать способности актрисы к новым переменам - в себе и своей жизни.
    Источник ©
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  3. #223
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию Времена не выбирают. Тихон Хренников



    Исполнилось ровно 100 лет со дня рождения знаменитого советского композитора и исключительно порядочного человека

    В истории музыки трудно найти более противоречивую и неоднозначную фигуру, чем лауреат трех Сталинских, Государственной и Ленинской премий, Герой Социалистического Труда, народный артист СССР Тихон Хренников. Его имя неизменно вспоминают, решая для себя сакраментальный вопрос: стоит ли художнику сотрудничать с властью, всеми силами стараясь нейт­ра­лизовать ее негативное влияние, или нужно презрительно от нее отвернуться, дабы не замарать свою репутацию?

    Людмила ГРАБЕНКО

    Тихон Николаевич, который в 1948 году по предложению Сталина был избран Генеральным секретарем Союза композиторов СССР и на протяжении 43 последующих лет сохранял этот пост, выбрал первый путь. Одни его за это превозносят, другие нещадно ругают. Сторонники подчеркивают, что даже в самые страшные времена репрессий в возглавляемом им Союзе композиторов никто не пострадал. А Шостакович, Прокофьев и Хачатурян, которым в разгар борьбы с формализмом в музыке особенно не поздоровилось, уже через год после критики получили очередные Сталинские премии.

    Противники не могут простить Хренникову того, что он благополучно пережил на своем посту Сталина, Хрущева, Брежнева и Горбачева. Они рьяно обвиняют Тихона Николаевича в том, что своим творчеством он восхвалял вождя всех народов... Хотя справедливости ради надо заметить: такое произведение у него только одно — это песня «Артиллеристы! Сталин дал приказ» к фильму «В шесть часов вечера после войны» (причем он написал не стихи, а музыку). И если на другую чашу весов положить его оперы, концерты, музыку к театральным постановкам и кинофильмам, среди которых «Свинарка и пастух», «Верные друзья», «Гусарская баллада», «Дуэнья», «Руслан и Людмила», «Любовью за любовь», она явно перевесит.

    Единственной дочери, родившейся в 1941 году, Тихон Николаевич дал имя в честь героини своей первой оперы «В бурю», благодаря которой он вошел в официальную композиторскую «обой­му».


    Дочь композитора Наталья

    — Наталья Тихоновна, каким вы помните отца?
    — Счастьем своей жизни я считаю то, что большую ее часть родители были живы. Ког­да в 2001 году ушла мама, а потом, в 2007-м, не стало папы, я уже была человеком, прямо скажем, весьма пожилым. Сейчас у меня четверо внуков, при этом старшей внучке 28 лет. Но поняла я, как мне повезло с родителями, только когда их не ста­ло.
    Папа производил впечатление очень спо­койного, сдержанного человека, но внут­ренне был страстным, темпераментным. Я не помню, чтобы он когда-либо кричал, возмущался или даже просто разговаривал на повышенных тонах. Даже когда я в детстве заслуживала порицания, отец, делая мне замечания, ни разу не вышел из себя.
    — Видимо, знал, как неприятно выслушивать нотации. Он ведь был младшим ребенком в большой семье?
    — Да, десятым. Но такая манера поведения была присуща всем Хренниковым — во всяком случае, тем его братьям и сестрам, которых я знала.
    — Тихон Николаевич избегал споров?
    — Нет, он мог отстаивать свою точку зрения, но спокойно, без раздражения и агрессии. А еще отец был человеком довольно закрытым: в отличие от мамы и меня он никогда не открывал свою душу не только первому встречному, но и хорошо знакомому человеку. К людям папа относился очень ровно и доброжелательно. Благодаря такому характеру, умению находить общий язык со всеми и поход к каждому он и умудрялся столько лет руководить Союзом композиторов СССР. Представляете, что значит работать с творческими людьми, которые сплошь с амбициями и все тянут в разные стороны?


    С дочерью Наташей, 1943 год.

    Если хотите понять, каким был папа, послушайте его музыку. Один из самых распространенных упреков в его адрес: дескать, Хренников во времена кровавого сталинского режима писал жизнерадостную музыку! Но, во-первых, она у него не бравурная, а лирическая, временами и трагическая, как, например, в балете «Наполеон Бонапарт». Во-вторых, что же делать, если в ней отражался отцовский характер — как ему на душу ложилось, так он и писал?
    Папа очень любил жизнь. Будучи преподавателем консерватории, он как-то дал своим студентам задание — написать романс на любое классическое стихотворение на выбор. Один из лучших его учеников, изумительный композитор Миша Брон­нер, принес романс, начинающийся словами: «Я хочу умереть!». Музыку отец похвалил, а насчет стихов сделал замечание: «Ты выбрал какую-то странную для 20-летнего мальчика тему. Как тебе только в голову это пришло?». — «Тихон Николаевич, — оп­равдывался Миша, — в жизни ведь бывают разные ситуации. Неужели вам никогда не хотелось умереть?». — «Мне?! — поразился папа. — Ни разу!». Этим все сказано.
    — Ему часто ставят в вину еще и то, что он пережил всех советских вождей и при этом умудрился не потерять свою должность...
    — Отец много лет продержался на своем месте не благодаря благоволению начальства, а потому что его обожали композиторы. Если у кого-то возникала какая-то проблема, говорили: «Надо пойти к Тише, он все решит». В 1991 году, когда Советский Союз распустили, папа сказал: «На этом моя работа закончена!» — и ушел, хлопнув дверью.
    — Как известно, пока Тихон Николаевич возглавлял Союз композиторов, ни один из его коллег не был репрессирован. Как ему удавалось договариваться с властью?
    — Папа был очень хитрым и ловким. Его первый ученик композитор Вячеслав Овчинников, которого он все время вытаскивал из разных историй (того постоянно выгоняли из консерватории), говорил о Хренникове так: «Мой патрон — великий политик и дипломат». Другой бы на месте отца кричал и топал ногами, а он умел ладить с самыми разными людьми и приспосабливаться к ним.
    Когда в конце 40-х годов началась борьба с «формализмом» в музыке (а по всей стране — охота на евреев), прежде чем завести на кого-то из не­угод­ных дело, в Союзе композиторов запрашивали на него характеристику. Органам было недостаточно компромата, собранного собственными силами, требовался еще и негативный отзыв коллег. Так папа каждый раз сочинял такие дифирамбы, что использовать их в своих целях гэбисты просто не могли.
    — Тихон Николаевич довольно молодым вошел в первую десятку советских композиторов. Как он себя чувствовал рядом с маститыми коллегами?
    — Когда как. Еще до войны в Союзе композиторов устроили дискуссию о первой опере Тихона Николаевича «В бурю» и опере Сергея Прокофьева «Семен Котко». Вообще-то, это уже само по себе было удивительно: как можно сравнивать произведения молодого композитора (папе было всего 26 лет) и прославленного мэтра?
    Спорили в течение нескольких вечеров. Кто-то поддерживал отца, кто-то критиковал. Причем говорили: «Какая пошлая ария!» — и тут же просили: «Тихон Николаевич, сыграйте, пожалуйста!». И он не только играл, но и пел — голос у него был не­пло­хой.
    Особенно сильно ругал Хренникова один известный музыковед, еврей по национальности, — так старался, что просто из себя выходил. А через 10 лет, когда началась травля так называемых космополитов, именно на него первым делом обратили внимание компетентные органы. Музыковед, конечно, был в панике — боялся, что Тихон Николаевич вспомнит ту дискуссию и то, как он ругмя его ругал. Но отец написал на него изумительную характеристику, назвав музыковеда выдающимся (он очень любил это слово и часто его употреблял) мастером своего дела. Хренников никогда не сдавал своих.
    — А вот любимых братьев спасти от ареста в 37-м Тихон Николаевич не смог...
    — Одного, Николая, ему удалось через два года вытащить из тюрьмы. На процесс, который проходил в его родном городе Ельце, папа привез известного в то время адвоката Александра Исаевича Браудо, и тот камня на камне не оставил от обвинения. А вот Бориса судила так называемая «тройка», и он погиб в лагерях.
    — Доносов на вашего отца «благодарные» композиторы не писали?
    — Еще и как писали! Самое интересное, что это делали свои же — люди, которые с ним дружили и даже жили на одной лестничной клетке. Отцу их подметные письма показывали, но он не только не мстил, но и не подавал виду, что все знает.


    Со своей будущей женой журналисткой Кларой Вакс Тихон Хренников познакомился на танцах в Союзе композиторов, 1936 год

    — Для того чтобы сочинять музыку, Тихону Николаевичу нужны были особые условия?
    — В этом смысле папа был абсолютно нетребовательным. Трудности у него возникали до тех пор, пока он не выстроил режим дня, а потом все как-то устроилось: вставал рано, в восемь утра садился за стол и работал до обеда, а потом ехал в Союз композиторов.
    Отдыхать он не умел и не любил. Особенно не переносил нашу дачу, жаловался, что там мама никому не дает покоя. Она почему-то считала, что дачники все время должны работать: копать, сажать, пропалывать, консервировать. Отца это раздражало. Он предпочитал подмосковные санатории, где за ним ухаживали — кормили, поили и не мешали спокойно работать, благо ему для этого не нужен был инструмент — он писал партитуру в голове, а потом переносил на бумагу. Мой внук Тихон Хренников-младший, который унаследовал композиторский талант от прадеда, сочиняя, тоже часто обходится без рояля.
    — Почему вы не пошли по стопам отца и не связали жизнь с музыкой?
    — Меня учили, учили, да все без толку. Я убегала, пряталась в туалет, в кладовку, а педагог, который еще папу обучал в музыкальном техникуме имени Гнесиных и имел несчастье заниматься со мной, оставлял родителям гневные записки: «Ваша дочь ведет себя возмутительно!». В конце концов, у отца лопнуло терпение, и он сказал: «Хватит!». — «Как же так, — переживала мама, — столько сил потрачено на образование дочери, как можно все взять и бросить?!». Но папа был непреклонен: «Хватит издеваться над ребенком».
    Зато я любила рисовать, училась в Московском академическом художественном училище памяти 1905 года на факультете живописи. И именно отец, который очень любил театр и всегда с удовольствием писал музыку для спектаклей, посоветовал мне стать художником-сценографом. «Ты даже не представляешь себе, — говорил он, — как там интересно: сегодня играют Шекспира, завтра — Чехова, послезавтра — Пушкина: разные произведения, разные века». Я послушалась его и ни разу не пожалела о своем решении.
    — Ваш отец входил в советскую элиту. Он окружал себя роскошью?
    — Напротив, жил очень скромно. Конечно, у нас была хорошая квартира, дача — основные символы достатка советского времени. Но вот автомобиль, например, у папы был только служебный: он говорил, что собственная машина ему ни к чему. Один-единственный раз помню отца за рулем — из Берлина он приехал на «эмке», которую ему подарил генерал Чуйков. Но в Москве ездить на ней не стал и вскоре продал.
    — Тихон Николаевич был на фронте — разве ему как известному композитору не полагалась бронь?
    — Когда началась Великая Отечественная война, нас эвакуировали в Свердловск, где отец писал музыку к спектаклям Театра Красной Армии — именно там, кстати, я появилась на свет. Но потом они с Матвеем Блантером, Евгением Долматовским, Константином Симоновым, автором «Оптимистической трагедии» Всеволодом Вишневским и другими деятелями культуры организовали бригаду и отправились с концертами на Первый Белорусский фронт. Там их прикомандировали к армии Василия Чуйкова, и вместе с войсками этого легендарного командарма они продвигались к Берлину.


    С дочерью.

    Папа любил вспоминать разные истории, которые происходили с ним на фронте. Так, незадолго до победы, в апреле 1945-го, они с Вишневским ехали на машине к нашим войскам, расположенным в Германии. Когда стало смеркаться, им показалось, что они сбились с пути. Спросить дорогу было не у кого, и им ничего другого не оставалось, как ехать дальше. Вскоре они оказались в маленьком городке, где стояла пугающая тишина и на улице не было ни одной живой души.
    Свет горел только в одном здании — в местной пивной. Путники решили заглянуть туда. Видят: стоят тарелки с едой и кружки с пивом, но опять-таки никого, лишь откуда-то доносятся тихие голоса. Оказалось, из подвала, где в ожидании наступления Красной Армии собралось все население городка, включая древних стариков и грудных младенцев. Увидев незнакомцев, они сначала замерли, а потом начали рыдать: «Русские пришли!».
    Вишневский, который хорошо знал немецкий язык и, видимо, успел принять на грудь, решил произнести пламенную речь о том, что бояться русских солдат не надо: мол, они никому не причинят зла. Отцу же ситуация категорически не нравилась — он не мог понять, почему на улицах пусто, и все время дергал Вишневского за рукав: дескать, поехали отсюда! В конце концов, ему удалось увести приятеля из подвала. Они подошли к машине и увидели ползущих к ним людей. «Перепугались мы ужасно, — вспоминал папа, — решили, что все — это фашисты!». Но то были... наши разведчики. В этот городок советские части еще не успели войти, и композитор с писателем, по сути, взяли его первыми.
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  4. #224
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию


    Депутаты Верховного Совета СССР композитор Дмитрий Кабалевский, авиаконструктор Артем Микоян, кинорежиссер Лев Кулиджанов, композитор Тихон Хренников и авиаконструктор Андрей Туполев, 1968 год
    Фото «РИА Новости»

    — Это правда, что Тихон Николаевич познакомился с вашей мамой, Кларой Арнольдовной Вакс, на танцах?
    — Существует несколько версий этого судьбоносного события. Арам Ильич Хачатурян уверял, что именно он представил друг другу моих родителей на занятиях западными танцами (их в Москве в 30-е годы преподавал беженец из Польши, и композиторы дружно устремились туда). По другой версии, они встретились в пресс-бюро Союза композиторов, где тогда работала мама. Папа уже был автором симфонии и концерта, но в лицо его никто не знал — телевизоров-то еще не существовало. Он пришел к бюро, где тогда собирали все газетные и журнальные публикации о композиторах, и спросил: «Я слышал, что обо мне много пишут. Нельзя ли посмотреть?». Мама поинтересовалась: «А вы кто?» — и услышала: «Хренников».
    Полистав внушительную пачку вырезок, папа вернул их обратно. «Возьмите себе, — предложила она, — это я специально для вас собирала, вторые экземпляры хранятся у меня в архиве». Но он недоуменно пожал плечами: «А зачем они мне? Прочитал, и ладно». Маму такое пренебрежение к собственной известности поразило: другие прибегали, если о них в статье упомянули хотя бы одной строчкой, а этот целую кипу статей и рецензий себе не взял. Странный какой-то...
    — Тихон Николаевич влюбился с первого взгляда?
    — Можно сказать и так. Но дело в том, что мама была замужем, причем уже во второй раз. Папа стал ее третьим мужем, чем, кстати, очень гордился. Он увел свою ненаглядную Клару у чудесного человека, красавца Бориса Зубовича, с которым родители потом дружили всю жизнь. Именно они устраивали его в хорошую больницу, когда он заболел, а затем и хоронили...
    Отношения влюбленной пары долго оставались неопределенными. А отец в то время дружил с Иваном Дзержинским и Васей Соловьевым-Седым, которые были талантливейшими композиторами, но, чего греха таить, очень любили выпить. В общем, это была еще та троица! (Правда, папа нашел в себе силы отказаться от дурной привычки: максимум, что он мог себе позволить, — рюмочку водки с кусочком селедки за обедом, пьяным я его в детстве не видела ни разу). И вот друзей осенила идея: «Тихон, пора поставить точки над «i» — ты должен выяснить, любит тебя твоя Клара или нет».
    — Каким же образом?


    Композиторы Тихон Хренников, Арам Хачатурян, Дмитрий Кабалевский и Дмитрий Шостакович во время IV Всесоюзного съезда композиторов, 1968 год Фото «РИА Новости»

    — Все трое были частыми гостями в доме Зубовичей, где мама жила с мужем и его родителями. Ее свекровь Розалия Васильевна прониклась особой симпатией к папе. «Тихон, вам надо жениться!» — твердила она и сватала ему своих родственниц и знакомых. Бедная женщина и не догадывалась, что ее невестка, как говорят в Одессе, уже имеет с Тишей роман.
    И вот Дзержинский и Соловьев-Седой придумали такую штуку: ночью они взяли такси и поехали в дачный поселок «Труд и отдых» около Пушкино, где летом обычно жили Зубовичи. Папу уложили на пол у заднего сиденья, а сами постучали в калитку. «Мы попали в страшную аварию, — заявили разбуженным хозяевам. — Тихон тяжело ранен, он лежит в машине». Что после этого началось, вы и представить себе не можете! Розалия Васильевна схватила простыню и начала рвать ее на бинты. Мама в ночной рубашке — все-таки дело было в два часа ночи! — выскочила и с криком: «Тишенька, любимый, что с тобой?!» — побежала к машине. За ней плелся ее муж и просил: «Клара, дорогая, успокойся — соседи услышат!».
    Когда зажглись огни и послышались крики, папа, который был менее пьян, чем его друзья, лежа в машине, с ужасом осознал, что они наделали, и покрылся холодным потом. «Я готов был провалиться сквозь землю», — вспоминал он. Первой к машине подбежала Розалия Васильевна. Она кинулась к папе, начала его ощупывать и, коснувшись влажной рубашки, закричала: «Кровь!». Только тут Дзержинский и Соловьев-Седой дрогнули и признались, что пошутили.
    — Их не убили за такую «шутку»?
    — Сначала, конечно, мама и Зубовичи страшно на буйную троицу разозлились, но потом простили и все вместе до утра пили водку на террасе. А потом мама ушла от мужа к своей маме. И опять влюбленные только встречались. В один прекрасный день папе это надоело, он пришел к будущей теще — так случилось, что в тот момент там находился и второй мамин муж! — и поставил вопрос ребром: «Я люблю Клару и хочу на ней жениться». По его словам, все — моя бабушка, Борис и папа — начали дико рыдать, а потом снова пить водку. «А что же мама? — спрашивала я, слушая эту душераздирающую историю много лет спустя. «Тоже плакала, — отвечал отец и добавлял: — А вещички собирала».


    Композитор Тихон Хренников на три буне XXV съезда КПСС, 1976 год Фото «ИТАР-ТАСС»

    — Если не ошибаюсь, в жизни вашего отца была еще одна история, когда его вывозили на заднем сиденье автомобиля?
    — Это случилось в разгар кампании по борьбе с космополитизмом. Отец, на плечи которого легла ответственность за все, происходящее в композиторском сообществе, страшно переживал. У него началась бессонница, никакие лекарства не помогали. В результате с тяжелейшим нервным истощением он попал в санаторий в подмосковной Барвихе — режимное учреждение, про которое говорили, что там за каждым кустом по чекисту. Папа безумно скучал по дому и маме, которую к нему пускали очень редко. К тому же его поселили в большой комнате с соседом — каким-то министром. Тот был очень плох, и около него постоянно суетились медики: созывались консилиумы, бегали медсестры с кислородными подушками, звякали какие-то инструменты. Тут и здоровый бы заболел, а в состоянии отца это было просто невыносимо: бессонница у него не прошла, зато начались галлюцинации.
    Тогда мама решила взять дело в свои руки. Она приехала навестить мужа, и тот прямо в полосатой пижаме (тогда в санаториях все в таких ходили) пошел как будто ее провожать до машины, оглянулся, никого ли нет рядом, и лег на пол — под заднее сиденье машины. Мама накрыла его своими широкими юбками и вывезла оттуда. В санатории был большой переполох и скандал, но отец наотрез отказался возвращаться. От бессонницы его спас знаменитый невропатолог Николай Васильевич Коновалов, который научил папу расслабляться и моментально засыпать. После этого он, как Штирлиц, мог сесть в кресло, уснуть на 10-15 минут и проснуться полностью отдохнувшим. Еще ему очень помогли церковные хоры Рахманинова: они его очень успокаивали и умиротворяли. Отец часто говорил, что если бы не эта музыка, Коновалов и мама, он сгнил бы в больнице.
    — О Тихоне Николаевиче говорят как о большом ловеласе. Он действительно был неравнодушен к прекрасному полу?
    — Папа и впрямь обожал женщин: он никогда этого не скрывал. Но и мама очень нравилась мужчинам. Она не отвечала современным стандартам красоты — не была белокурой и длинноногой красавицей, зато обладала истинной сексуальностью и была невероятно притягательна для сильного пола. За ней увивались многочисленные поклонники, да и романы у нее случались. Родители очень разные, но у них был общий стержень — одинаковый взгляд на людей, на мир, на то, что правильно и неправильно. Не зря же они прожили вместе 67 лет и ни разу не поссорились.
    Умирала мама очень тяжело, у нее была болезнь Паркинсона. Когда она обслуживать себя уже не могла, за ней ухаживала сиделка, которая каждый день привозила ее в кабинет к отцу. Родители сидели рядом в двух креслах-каталках и держались за руки. Однажды я стала свидетелем их разговора, от которого у меня защемило сердце. «Знаешь, Тишенька, — говорила мама, — мне сегодня такой страшный сон приснился — в нем за мной смерть приходила: «Хватит, Клара, пожила, пора бы уже и честь знать — собирайся, со мной пойдешь!». Но я упросила ее: «Смерть, повремени хотя бы денечек — я хочу еще на моего Тишеньку налюбоваться!».


    С женой

    — Как же Тихон Николаевич пережил уход своей любимой Клары?
    — Когда он осознал, что мамы больше нет, попросил сделать ее увеличенный фотопортрет (сам выбрал его из огромного количества фотографий, которые хранятся у нас в сундуках), поставил в своем кабинете и требовал, чтобы возле него всегда стояли живые цветы. Я продолжаю эту традицию, сейчас у меня там стоят купленные день назад гвоздики, а к маминой фотографии добавилась папина.
    Отец каждый день с этим портретом разговаривал. Проснувшись, шел в кабинет, запирался в нем и говорил: «Доброе утро, Кларушечка! Я сегодня хорошо выспался, и давление у меня нормальное, мне сегодня многое нужно сделать». Повторялся этот ритуал и вечером, перед сном: он рассказывал маме, как прошел день, кто приходил и звонил, желал ей спокойной ночи. И так до самого последнего дня.
    Он долго болел, но все время был на ногах, а сгорел буквально за пять дней — в это время мы привозили его к маминому портрету на каталке.
    — Ваш отец говорил, что собирается прожить до 96 лет, но ушел на полтора года раньше...
    — В его семье все были долгожителями: мои дяди и сестры ушли из жизни, будучи глубокими стариками. Дожил бы и он, но в свое время ему надо было удалить камни в мочевом пузыре, а папа отказался — не любил врачей и операций всячески избегал. Из-за этого у него в организме все время тлел очаг воспаления. Бывало, пройдет курс лечения, вроде бы все нормально, а как перестает принимать таблетки — болезнь возвращается. А так здоровье у него было хорошее, сердце крепкое. Обширный инфаркт случился только за полчаса до смерти. Он сказал: «Боже, как больно!» — и умер у меня на руках.


    Людмила Лядова

    Автора 800 песен, не­сколь­ких опер, оперетт и мюзиклов, прекрасную пианистку, певицу и просто красивую женщину, которую про­звали «мадам тысяча вольт», с Тихоном Хренниковым связывали неоднозначные отношения.
    — Людмила Алексеевна, вы ведь хорошо знали Тихона Николаевича?
    — Конечно, хотя поначалу наши отношения складывались не самым лучшим образом. На одном из съездов Союза композиторов Хренников раскритиковал мою «Чудо-песенку», которую напевала тогда вся страна, назвал ее «пошлой песенкой Людмилы Лядовой».
    — Думаю, такая пристрастность объяс­нима. Ведь он делал вам официальное предложение, а вы его отвергли...
    — Жениться на мне хотели многие, но я в этом смысле принципиальна и неприступна. Если случались какие-то отношения, то заканчивались они только замужеством. Нынешний брак — четвертый, супруг, кстати, младше меня на 17 лет. Мы вместе уже 42 года.
    В Союзе композиторов многие вопросы решались через личные симпатии. Стоило там появиться хорошенькой женщине, как ей тут же намекали на то, как надо себя вести. Хорошо помню, как ко мне подошел Никита Богословский и, не скрывая своих намерений, сказал: «Будь со мной поласковее, и у тебя не возникнет никаких проб­лем». Как мужчина Богословский мне не нравился, переступить через свои принципы я не могла и вскоре узнала, что за спиной обо мне говорят ужасные вещи: дескать, я пью, как сапожник, и неразборчива в связях с мужчинами.
    А Тихон Николаевич действительно ухаживал за мной, он вообще (несмотря на то что у него была красавица-супруга) был внимателен к женщинам — каждая в его обществе чувствовала себя королевой. К тому же все знали, что жены некоторых композиторов, таких, как Туликов, Френкель, Островский, пользуясь слабостью Хренникова к красивым женщинам, открыто флиртовали с ним, чтобы сделать карьеру своим мужьям. Но он был не в моем вкусе, поэтому мы остались хорошими, добрыми друзьями, охотно общались. Бывала я и у него дома.
    — Первый секретарь Союза композиторов СССР жил на широкую ногу?
    — Тихон Николаевич, конечно же, не бед­ствовал, но до современных звезд ему далеко. Да и разве в этом дело?
    Он любил отдыхать в Доме творчества композиторов в Старой Рузе, где часто гостила и я. Как-то мы там встретились, и Хренников спросил: «Мила, в этом году ты отмечаешь юбилей — 50 лет. Почему у тебя до сих пор нет никакого звания?». — «Да как-то так получилось, — говорю, — не выпрашивать же мне его самой». — «Почему же ты мне ничего не сказала? — удивился он. — Ты же понимаешь, что мне сложно за всем уследить». Так, благодаря его стараниям, я стала заслуженным деятелем искусств, а дальше уже пошло легче, и вскоре мне дали звание народной артистки СССР.
    Вообще, Хренников старался помочь всем, кто обращался к нему с просьбой. На съезды Союза композиторов, которые всегда проходили с размахом в Колонном зале Дома союзов, съезжались музыканты из всех союзных республик, и для Тихона Николаевича не имело никакого значения, кто перед ним — армянин, украинец, грузин или чеченец.
    — Стало быть, обиды на Тихона Николаевича у вас нет?
    — Что вы! Это был очень хороший человек и удивительно талантливый композитор, которому были подвластны любые музыкальные жанры. В память о нем я даже написала фантазию на темы его произведений.
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  5. #225
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию



    28 июля исполнилось 90 лет со дня рождения выдающегося актера и режиссера

    В жизни Владимира Басова было две страсти, которым он отдавался с одинаковой силой, — кино и женщины.

    Об актерской профессии Владимир Павлович, по его собст­венному признанию, мечтал с раннего детства — точнее, с двух лет: именно тогда он в первый раз «вышел» на сцену в роли олицетворяющего мир младенца в выступлении агитационного театра «Синяя блуза». «Сколько себя помню, — рассказывал он, — столько живет во мне эта жажда играть. Она была и в детском саду, и в школе, где я изображал всех испанских грандов и мушкетеров подряд, и в студенческом театре МГУ, и даже на фронте».


    Людмила ГРАБЕНКО

    Поступить в театральное училище Басову помешала война — 10 классов он окончил 20 июня 1941 года, а уже в 1942-м ушел добровольцем на фронт. Несколько раз он оказывался на волосок от гибели: «Наши 17-летние жизни война поглощала особенно охотно, так и не позволив узнать и почувствовать все счастье возраста. Но мне надо было выжить».



    Он выжил, чтобы снять свои лучшие фильмы — «Щит и меч», «Метель», «Опасный поворот», «Дни Турбиных» и сыграть свои лучшие роли, которые, даже будучи эпизодами — полотер («Я шагаю по Москве»), суровый милиционер («Операция «Ы» и другие приключения Шурика»), Дуремар («Приключения Буратино»), Худой Волк («Про Красную Шапочку»), маклер Бубукин («По семейным обстоятельствам»), шеф гангстеров Стамп («Приключения Электроника»), Синицын («Мимино»), замначальника главка Круглов («Москва слезам не верит»), заказывающий собственные похороны клиент («Ищите женщину»), — порой затмевали главных героев картины.
    «Я и движение — братья-близнецы, — часто повторял Владимир Павлович, — жить — значит работать». Поэтому, когда после инсульта его парализовало, мечтал о смерти: «Яду бы мне, я все равно уже не выздоровею». Тем не менее, будучи тяжелобольным, он успел снять две свои последние картины и написать два сценария.
    О своем знаменитом отце рассказывает сын Владимира Басова и Натальи Фатеевой актер и режиссер Владимир Басов-младший.


    Мама поднимала Вову одна — отец Басова, красный командир, погиб, когда мальчику было восемь лет

    — Владимир Владимирович, когда ваши родители развелись, вам было четыре года. В ваших воспоминаниях о раннем детстве отец присутствует?
    — Чаще других у меня перед глазами встает такая картина: папин кабинет, письменный стол, а на нем — карандаши. Может, помните, раньше были такие — толс­тые, автоматические: нажимаешь на кнопоч­ку — появляется грифель. Ими отец писал, делал раскадровки для своих картин, какие-то рисунки, наброски. Владимир Пав­лович окончил Художественное училище па­мяти 1905 года, а там давали очень хорошее образование.
    Когда в детстве я заболел свинкой, папа примчался в Харьков, где я тогда жил у бабушки с дедушкой, и нарисовал мне смешную историю в картинках в стиле датского художника-карикатуриста Херлуфа Бидструпа. Героем этого комикса был мальчик Вася, забавно воевавший со свиньей. Каждая сценка сопровождалась смешными четверостишиями, которые папа тоже придумал сам: он был талантлив во всем, за что брался. Прежде всего, конечно же, гениальным актером и режиссером, но, думаю, он, если бы захотел, мог бы стать циркачом — крутить сальто под куполом или дрессировать животных: отец сумел бы подчинить себе даже таких непредсказуемых животных, как бегемоты или носороги.


    Владимир Басов-младший

    Был у Басова и писательский дар, на его счету полтора десятка сценариев, причем не только для его фильмов, но и для картин других режиссеров. Правда, отец никогда не смог бы написать роман, только рассказ. Он не любил ничем заниматься долго и не выносил людей, которые медленно что-то делали или говорили — неторопливо беседовали или нудно разглагольствовали. Если отец задавал вопрос и не получал моментального ответа, он разворачивался и уходил. Об этом качестве своего характера он говорил: «Я не стайер, я спринтер — бегун на короткие дистанции».
    — В советскую систему кино Владимир Павлович вписывался?


    С Андреем Мироновым в картине Аллы Суриковой «Будьте моим мужем», 1981 год

    — Басов был — в хорошем смысле этого слова — капиталистическим режиссером, сложись его жизнь иначе, он мог бы сделать хорошую карьеру в Голливуде. У него все было четко расписано и разложено по полочкам, и работал он очень споро. Точно такой же динамикой отличались его кадры, он не любил статики, поэтому не был большим поклонником Андрея Тарковского, из-за чего мы с ним даже пару раз поссорились.
    Один из знакомых актеров вспоминал, как Басов работал над фильмом «Битва в пути». Кино — дело небыстрое, во время подготовки к съемкам всегда случается множество проволочек: то свет не так выставили, то о каком-то важном предмете реквизита забыли, то натура и солнце ушли.


    С боевыми товарищами

    «И вот, — рассказывал этот актер, — на площадке про­исходит обычная киношная рутина, и я вижу, как Владимиру Павловичу становится скучно — он на глазах теряет интерес ко всему вокруг. Кто-то из ассис­тентов подходит к нему в панике: «Владимир Павлович, солнце садится, мы не успеваем снять — что делать?!». И тут у отца в гла­зах появляется искорка: «А давайте перевернем сцену не от солнца, а к солнцу!». Они быстро все переставляют и снимают гениальный кадр».
    — Почему кинематографическое начальство не баловало Владимира Павловича званиями и наградами?


    С Ириной Муравьевой и Верой Алентовой в оскароносной мелодраме Владимира Меньшова «Москва слезам не верит», 1979 год

    — Чтобы получить Государственную или тем более Ленинскую премию, нужно было снимать фильмы определенной тематики — например, о партии или комсомоле. Отец никогда не брал таких сценариев, они его не интересовали. Для него на первом месте всегда была работа, а не награды, которые он сможет за нее получить. Но справедливости ради надо сказать, что одну — Государственную премию Российской Федерации имени братьев Васильевых — ему все-таки дали, кстати, за не самый лучший его фильм «Факты минувшего дня».
    Долгое время не было у отца и звания народного артиста Советского Союза, хотя он его заслуживал, возможно, больше других. Когда я однажды спросил его о причинах такого отношения, он с грустью ответил: «Они считают меня шутом, а шутам званий не дают.
    Никто не помнит, что я снял «Щит и меч», зато когда речь заходит обо мне, у всех перед глазами встает «Операция «Ы». Кстати, «Щит и меч» — любимый фильм Владимира Путина, он рассказывал, что именно после него решил стать разведчиком.


    Первая жена Басова Роза Макагонова болела туберкулезом. Вылечиться ей помог Николай Афанасьевич Крючков, добыв новейшее по тем временам лекарство — стрептомицин

    — Эпизодические роли в исполнении Басова стоят главных ролей в исполнении других актеров — достаточно вспомнить его полотера из фильма «Я шагаю по Москве».
    — Как-то я зашел в туалет, где уже был Георгий Данелия, и встал рядом с ним. Георгий Александрович посмотрел на меня и сказал: «Когда-то я точно так же стоял с твоим отцом и попросил его: «Володя, у меня актер заболел — сыграй полотера!». Он пришел и сделал эпизод гениально».
    Еще одна памятная эпизодическая роль отца — все время бегающий в туалет гость в фильме Владимира Меньшова «Москва слезам не верит».
    Я как-то спросил папу, почему тот так себя ведет, и он ответил коротко: «У него цистит». — «Почему?» — помню, удивился я. Отец подумал и сказал: «Не знаю, почему-то именно таким я его увидел». Сейчас эта сцена считается классической.


    С Савелием Крамаровым в ленте Леонида Миллионщикова «Живите в радости», 1978 год

    — Как к такой импровизации Владимира Павловича относились режиссеры, с которыми ему как актеру приходилось работать?
    — Не все могли работать с Басовым, потому что на площадке он вел себя как полноправный хозяин: начинал командовать всеми службами, показывать оператору, в каком ракурсе и с какой точки его нужно снимать.
    С актерами отец никогда не конф­ликтовал, поскольку чаще всего приглашал в фильмы своих друзей. А вот на монтировщика или осветителя мог и накричать, но, конечно, не просто так, чтобы зло на ком-то согнать, а по делу — Басов не любил халтуру.
    — Наверное, поэтому его «Дни Турбиных» мы смотрим до сих пор, а со­вре­менную «Белую гвардию» не все смогли осилить до конца. Вам нравится этот сериал?
    — Режиссер этого фильма Сережа Снеж­кин — мой друг, поэтому мне бы не хотелось отвечать на этот вопрос.
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  6. #226
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию


    С Михаилом Ульяновым и Натальей Фатеевой

    — Согласитесь, что Владимир Павлович красотой не блистал, но его женами были первые красавицы советского кино Роза Макагонова, ваша мама Наталья Фатеева, Валентина Титова. Как ему удавалось завоевать таких женщин?
    — Когда отца об этом спрашивали, он всегда отвечал: «Я — русский Жан Рошфор!». Был такой французский актер — сейчас его, к сожалению, уже мало кто помнит — они с папой даже внешне чем-то похожи. Рошфора обожали все женщины Франции, а Басова — все женщины Советского Союза. Моя жена говорила, что чисто по-женски она понимала поклонниц отца: от него исходила настолько сильная мужская энергетика, что ее нельзя было не ощутить, даже просто стоя рядом.


    Стамп, шеф гангстеров, с Вовой Торсуевым в детском мюзикле Константина Бромберга «Приключения Электроника», 1979 год

    Да, красавцем он не был, но умел и любил одеваться, всегда выглядел модным и каким-то несоветским, что ли, — в повседневной жизни очень любил носить дефицитные в то время джинсы и футболки.
    — Кроме того, часто ме­нял автомобили и курил только «Мальборо», которые специально для него держали в ресторане «Националь». Откуда у Басова эта западная манера?


    Два Владимира Басова, 1960 год

    — Дело, наверное, в том, что он был, как сейчас говорят, не из простых. Его мама, моя бабушка, была книгоношей — такие люди несли, как сказали бы сейчас, культуру в массы: они ходили из деревни в деревню и обучали крестьян и их детей грамоте. В советское время мама была заведующей коммуной для детей военнослужащих: читала им книги Пушкина, Толстого, Чехова. Его отец, мой дед, философ по образованию, интеллигент по происхождению, служил красным комиссаром, воевал с басмачами в Средней Азии и очень рано трагически погиб.
    — Поклонниц у вашего папы много было?


    Худой Волк с Толстым Волком (Николаем Трофимовым) в сказке «Про Красную Шапочку» Леонида Нечаева, 1977 год

    — Наверное... Но, будучи женатым, он знал только одну женщину — свою жену. Последняя супруга отца Валентина Титова во всех интервью рассказывает, что папа ей изменял. Но это неправда, он был очень верным и преданным человеком. Просто Титова в отличие от моей матери Натальи Фатеевой никогда его не любила. Когда отца сразил инсульт, мать каждый день ездила к нему в больницу, ухаживала до последнего. А Валентина Антиповна, насколько я помню, появилась там всего несколько раз.


    В гостях у бабушки Наташи сын Владимир и внук Ваня, которому сейчас 29 лет

    Она так и не смогла простить Басову того, что из-за съемок в его картинах вынуждена была уйти из БДТ, где Товстоногов сделал бы из нее звезду. Да она даже на поминки к отцу не пришла...
    Но в свое время и мама, разлюбив отца, после развода просто вычеркнула его из своей жизни. В этом смысле Наталья Николаевна женщина жесткая: раз уж решила, что этот человек для нее больше не сущест­вует, то забудет так, как будто его и не было.


    Дуремар, пиявочных дел мастер, в ленте «Приключения Буратино» Леонида Нечаева, 1975 год

    — Вы в детстве тоже почти не общались с отцом?
    — Мама меня от него «оберегала», говорила: «Он тебе больше не отец».
    — Но у нее были для этого основания — если верить прессе, во время жизни с вашим отцом она изрядно от него натерпелась?
    — Да ерунда все это! Ну, выпивал человек время от времени... Подумаешь, трагедия! Нельзя сказать, что во времена моего детства мы с отцом совсем не общались. Иногда он забирал меня из интерната, в который отдала меня мама, а раз в месяц мы с ним обязательно разговаривали по телефону. Но, как выяснилось позже, отец звонил мне гораздо чаще, просто мама не подзывала меня к телефону — не считала нужным.


    Вова с мамой на море

    Теперь, точно так же, как когда-то отца, мама оберегает себя от нас, своих детей — меня и моей сестры Наташи, которую она родила от космонавта Бориса Егорова. Когда я ей звоню, она даже не отвечает — просто бросает трубку.
    — Сколько же вам было, когда вы снова встретились?
    — 18. Я уже окончил школу, поступил во ВГИК на курс Сергея Бондарчука, женился — мы с Олей познакомились в школе и ждали только совершеннолетия, чтобы расписаться. И вот как-то шли мы с женой после премьеры фильма «Пока безумствует мечта», где отец сыграл очень яркую эпизодическую роль, по Тверской, тогда улице Горького. Оля остановила меня около дома, в котором жил отец, и неожиданно сказала: «Давай зайдем к нему в гости!». — «А давай!» — смело ответил я, а у самого от страха ноги стали ватными.
    Выйдя из лифта, мы подошли к двери и позвонили. Отец открыл: «О, Володя! Заходите, вы вовремя — я как раз ужин приготовил». Как будто и не было долгих лет нашей с ним разлуки и мы только вчера расстались. Потом, повернувшись к Оле, добавил: «А вы — Володина жена!». Понимаете, он все время интересовался моей жизнью, все обо мне знал — исподволь, тайком собирал информацию!


    С третьей женой Валентиной Титовой

    Впоследствии отец как мог старался загладить свою вину передо мной — снимал в своих последних фильмах «Время и семья Конвей» и «Семь криков в океане», помогал материально.
    А когда мы с женой вынуждены были уйти из квартиры моей матери, помогал оплачивать съемное жилье. Правда, деньги он мне давал нарочито театрально, при всей съемочной группе, зато сумма значительно превышала ту, что была нам нужна.
    Когда меня должны были призвать в армию, позвонил своему другу актеру Владимиру Сошальскому, который работал в Театре Советской Армии, где тогда проходили службу многие молодые актеры, чтобы и меня взяли туда. Конечно, там тоже работа была не сахар — нам приходилось работать монтировщиками, носить декорации, но с реальной службой это, конечно, сравнить было нельзя. Моими сослуживцами были Андрей Ташков, Антон Табаков и Саша Балуев.


    Дети от третьего брака Басова Саша и Лиза остались с отцом, когда Валентина Титова ушла к оператору Георгию Рербергу. Александр — режиссер. Елизавета стала танцовщицей, вышла замуж за пожилого грека и уехала в Париж

    — Чем болел Владимир Павлович?
    — С отцом случился инсульт, после которого он долго был прикован к постели. Потом ходил с палочкой, одна рука у него не двигалась — висела, как плеть. Конечно, он уже не мог вести прежний образ жизни, что для него, человека деятельного, было ужасным мучением.
    Единственное, от чего он так и не смог отказаться, — это от своего любимого кофе и сигарет. Врачи в один голос твердили, что ему вредны эти привычки, но отец никого не слушал. Когда же мы пытались разбавить уже сваренный кофе холодной кипяченой водой, чтобы немного уменьшить концент­рацию кофеина, он злился и выливал его в раковину. Сигареты, которые мы от него прятали, тоже находил. А однажды сказал: «Зачем такая жизнь?!». И столько горечи тогда прозвучало в его словах, что у меня сжалось сердце.
    А через несколько месяцев папы действительно не стало.
    Мне кажется, что отца убила война. На фронте у него была контузия, а это серьезная травма головного мозга. Всю жизнь у папы болели глаза, которые он постоянно должен был лечить, а впоследствии это стало причиной нарушения мозгового кровообращения и спровоцировало инсульт.


    С исполнителями главных ролей фильма «Метель» Валентиной Титовой и Олегом Видовым на съемках, 1964 год

    Тем не менее о пережитом в военные годы отец мне говорил так: «Самое счастливое время для меня — фронт, потому что тогда в моей жизни был смысл, я понимал, для чего живу. К сожалению, после войны я это ощущение утратил».
    — Правда, что Владимир Павлович не любил рассказывать о своих подвигах во время войны, хотя ему было чем гордиться?
    — Чтобы пойти добровольцем на фронт, отцу пришлось приписать себе лишний год. Будучи совсем юным, прошел всю войну, но почему-то действительно, подобно другим фронтовикам, никогда в разговорах к тому времени не возвращался.


    С Вахтангом Кикабидзе в комедии Георгия Данелии «Мимино», 1977 год

    Даже на собеседование во ВГИКе, куда остальные абитуриенты-фронтовики надели военную форму с орденами и медалями, пришел в черном костюме, белой рубашке и лаковых ботинках. Принимавший экзамены Сергей Юткевич окинул отца взглядом и спросил: «Чем вы занимались во время войны, молодой человек?». — «Воевал», — коротко ответил Басов. «Да, — удивился Юткевич, — и какое же у вас звание?». — «Капитан». Все молча переглянулись: дело в том, что среди присутствующих старше сержанта никого не было, исключение составлял будущий режиссер «Освобождения» Юрий Озеров, закончивший войну в звании майора. «И награды у вас есть?». — «Конечно», — сказал отец и начал перечислять свои многочисленные ордена и медали. «Почему же вы их не надели?» — удивился Юткевич. «Считал, что это будет неуместно, — сказал Басов, — можно подумать, что я один воевал».


    С Алексеем Смирновым в комедии Леонида Гайдая «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», 1965 год

    — С братом Сашей, сыном вашего отца и Валентины Титовой, вы дружите?
    — Сейчас да. Когда-то ведь именно я ездил к нему в часть, чтобы сообщить о смерти отца. А вот с нашей общей сестрой Лизой, дочерью Басова от Титовой, мы не общаемся — она этого не хочет. На суде, на котором делили папино наследство, Лиза выступала против нас с моей женой Олей, чуть ли не хищниками называла, готовыми на все, лишь бы вырвать свою долю. В результате всех этих свар мне достались машина и гараж, Саше — дневники отца, а Лизе и Валентине Антиповне — все остальное. Позже Лиза вышла замуж за пожилого грека и уехала за границу, сейчас она живет в Париже.


    С Василием Лановым (Леонид Шервинский) в картине «Дни Турбиных», где Басов был режиссером, сценаристом и исполнителем роли Виктора Мышлаевского, 1976 год

    Никогда не забуду, как впервые в жизни увидел Сашу. Отец в то время уже женился на Титовой, и они жили в соседнем с нами доме на улице Мосфильмовской. Как-то, играя во дворе, я увидел, что из подъезда вышел Басов с незнакомой мне женщиной и маленьким мальчиком. Я рванулся к нему: «Папа!», он, увидев меня, обрадовался, помахал мне рукой. Но я, пробежав несколько шагов, развернулся и кинулся обратно. Кажется, именно в тот момент я понял, что у отца теперь другая семья и другая жизнь...


    Со Станиславом Любшиным в культовом четырехсерийном фильме о советском разведчике «Щит и меч», 1968 год

    Сейчас нас с братом больше объединяет, чем разъединяет. Саша написал сценарий для моего фильма «Салями», сейчас работает над новым — для другой картины. А еще мы с братом снимаем документальную ленту к 90-летию отца для канала «Культура». Денег, как всегда, не дали, поэтому брат монтирует эпизоды из фильмов Басова с отрывками из писем, которые отец писал с фронта своей маме, нашей бабушке...
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  7. #227
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию БОРИС СИЧКИН: УХОДИТЕ ОТ СКУКИ И ТОСКИ

    Недавно в Нью-Йорке состоялась премьера первых двух серий многосерийного фильма о наших соотечественниках на Брайтон-Бич. В основе этой картины книга Анны Левиной "Приходите свататься". Признаться, фильма я не видел, поэтому не могу присоединиться ни к тем, кому он понравился, ни к тем, кто отзываются о нем критически. Но все, кто его смотрели, отмечают великолепную игру в нем Бориса Сичкина. Вот в это я верю безусловно, ибо все, что делает Борис Сичкин - интересно и своеобразно.



    Если верно старинное изречение о том, что мир принадлежит оптимистам, а пессимисты - всего лишь зрители, то Борис Сичкин, несомненно, один из самых счастливых людей. Во всяком случае, мне не доводилось встречать большего оптимиста, чем он. И человека более щедрого на улыбку, чем Сичкин. Хотя и говорят, что расходовать оптимизм надо умеренно, чтобы хватило до конца года, Борис, тем не менее, всегда сохраняет потрясающую остроту зрения, которая позволяет ему при любой ситуации видеть свет в конце тоннеля. Ему хватило его неповторимой улыбки на многие десятилетия жизни во втором тысячелетии и, будем надеяться, на солидный кусок в третьем тысячелетии тоже.
    Всякий раз, когда я общаюсь с Борисом Сичкиным, я невольно называю его Бубой. Потом поправляюсь и прошу извинения. Он не обижается, говорит, что привык к этому. Для многих его знакомых (и незнакомых) артист неотделим от Бубы Касторского, весельчака и балагура, куплетиста, мастера розыгрышей и шутки в кинофильме "Неуловимые мстители". Сичкин снимался во множестве картин, однако именно Бубу больше всего запомнили поклонники его творчества. Но Борис, естественно, считает, что лучшие его фильмы еще впереди. В двадцать первом веке. Потому, что Сичкин считает, что в этом веке главным для людей будет чувство юмора.

    - Борис, я с большим удовольствием прочитал вашу книгу "Я из Одессы! Здрасьте!" Вы обещаете новую книгу "Эмигранты глазами Сичкина". А какие они, эмигранты, в вашей книге?



    - Разные. Есть нудные, есть нормальные. Тех, которые нудные, я хочу сделать веселыми. Чтобы везде жили веселые люди, тогда мир станет лучше. Хочу, чтобы моя книга понравилась везде, но прежде всего жителям Нью-Йорка и Москвы.
    - Кстати, как вас там, в Москве, помнят?
    - Еще как. Встречают меня потрясающе. Многие мне говорили перед первой поездкой: чего ты едешь, кто тебя там помнит? А молодые вообще тебя не знают. Но оказалось, что это все ерунда. Останавливается машина, говорят, садись, Буба, мы тебя подвезем. Дарили подарки разные. Скульптуру мою сделали, она в музее. Прием в честь меня устроили, на столе было всякой всячины, как у короля Саудовской Аравии. Это мне было очень приятно. Мы артисты - как дети. Нас только похвали, можно и денег не давать. Мне в Москве было очень приятно, одни только комплименты говорили. А здесь... Я не хочу обобщать, здесь у меня огромное количество друзей, умных, талантливых, с чувством юмора. Но я не могу понять, почему очень часто в нашей эмиграции, где мы люди одной судьбы, независимо от того, кем мы были в прошлом, артистами или водопроводчиками, так вот, не могу понять, почему здесь так любят позлорадствовать. Вместо того, чтобы радоваться, когда кому-то хорошо, радуются, когда кому-то плохо. Как сказал когда-то Леонид Утесов: "Советский артист радуется не тогда, когда ему дают звание, а когда его другу не дают". Вот этим мы иногда и живем в эмиграции.
    - Борис, у писателя бывает, создаст он какого-нибудь героя и потом, ну, никак не может от него освободиться. Так было, например, у Конан-Дойля. Не мог он никак забыть Шерлока Холмса, хотя и очень хотел. Вот так, наверное, и Борис Сичкин не может избавиться от Бубы Касторского. Сколько бы ни играл ролей, все равно его узнают всегда как человека из Одессы.
    - А с чего вы взяли, что я хочу от него избавиться? Буба Касторский мне очень дорог. Это был реальный человек, любимец публики, оптимист с великолепным чувством юмора. О нем еще Леонид Утесов вспоминал. Мне очень нравится, что меня с ним так много объединяет. Я как бы с ним слился. Очень люблю его. Кстати, он мне помог, когда я уезжал в конце 70-х. Все ведь знали меня как Бубу Касторского, но никто не знал как Бориса Сичкина. Когда в ОВИРе решался вопрос о моем выезде, то генерал не сомневался, что уезжает какой-то Сичкин, а Буба остается. Если бы знали, что уезжает Буба, то меня бы не выпустили и, как Крамарова, задержали бы надолго. Так что спасибо Бубе.
    - Насколько мне известно, ваша дорога к отъезду была долгой и трудной.
    - И не говорите. Путь этот шел через тюремную камеру. Власть предержащие решили затеять уголовное дело против артистов московской филармонии. Вы знаете, наверное, какие тогда были нищенские расценки для артистов. На нас государство зарабатывало колоссальные деньги, а нам выдавали гроши. Но даже эти гроши некоторым казались чрезмерными. Кое-кто счел, что я зарабатываю больше, чем мне положено за свои выступления, и я попал в тюрьму, где просидел больше года. Дело было от начала и до конца сфабриковано. Потом оказалось, что на самом деле я недополучал, что по законам я имел право на заработки в два раза выше. Верховная прокуратура закрыла это дело, все его инициаторы были наказаны. А один из них даже покончил жизнь самоубийством.
    Это дело столько крови у меня выпило, что тошно было на все вокруг смотреть. Что за жизнь! Мне в Болгарию поездку оформляли 4 месяца. Плюнул я на все и решил уехать. И уехал. Это было в 1979 году. Тогда такие, как я, считались отщепенцами.
    - Можно сказать, что ваши артистические пики пришлись на исполнение двух ролей, в основе которых реальные люди, совершенно несопоставимые - Буба Касторский и Леонид Брежнев. Какой диапазон у вас, однако!



    - Я мог бы сыграть и Крупскую, если бы понадобилось. У меня никаких проблем бы не было. А что касается Брежнева, то, как мы, артисты, говорим, он "ложится на смешное". Хотя, по отзывам, он был в жизни неплохим человеком, ведь эмиграция при нем началась. Я помню одно из своих первых перевоплощений в образ Брежнева. Когда мы летели из Италии в Америку, я зашел в радиорубку и обратился к пассажирам. А в самолете только наши эмигранты. Я сказал, что Леонид Ильич Брежнев прислал запись своего обращения к пассажирам, и голосом Брежнева пожелал им успеха, здоровья и счастья в новой жизни. Я надеялся, что, когда выйду из будки, все поймут, что шутил Сичкин, и будут смеяться. Ничего подобного. Все говорили с восхищением - подумать только, сам Брежнев нашел время, чтобы к нам обратиться. Я решил: чего их разочаровывать. Так некоторые до сих пор, наверное, думают, что это Брежнев с ними говорил.
    - Я видел фильм Оливера Стоуна "Никсон". Вы там интересны в роли Брежнева. Убеждает.
    - Я счастлив, что снимался в пяти фильмах в Голливуде. Получил огромное удовольствие, работая с таким выдающимся артистом, как Энтони Хопкинс. И Стоун, и Хопкинс, и другие режиссеры и артисты в общем-то не знают русского кино. Меня до этого никогда не видели, но так опекали и так любили, как будто мечтали всю жизнь проводить со мной время. Это очень приятно: сниматься в Голливуде. Там атмосфера совсем иная, чем при наших съемках, где все делалось на нервах, на крике и истерике. Я в своей новой книге пишу о разнице между кино советским и американским. Да взять хотя бы отношение к массовке. Там, в Союзе, тех, кто в массовке, и за людей-то не считали. А здесь в очереди на обед, например, вместе стоят и Хопкинс, и массовка. И отношения между всеми дружеские. Нет никакой спеси, никогда я этого не чувствовал, я, мол, выше, а ты - ниже.
    - А в России в последнее время снимались?
    - В фильмах "Бедная Лиза", "В гостинице мест нет". У режиссера Тиграна Кеосаяна, сына Эдмонда Кеосаяна, который в свое время снимал меня в "Неуловимых мстителях". Фильмов сейчас выпускается немного. У российского кинематографа сейчас непростые времена. Но лично у меня есть надежда, что имея таких талантливых режиссеров и актеров, это кино выживет. Я смотрю в будущее российского кино с оптимизмом.
    - Поделитесь-ка своим секретом, пожалуйста. Когда бы я вам ни позвонил, или когда вы мне звоните, у вас такой жизнерадостный, бодрый голос. И всегда у вас прекраснейшее настроение. А некоторым позвонишь, все жалуются, то не так, это не так. Хнычут, недовольны, все перед ними виноваты.



    - Все объясняется просто. Дело в том, что я самый счастливый человек на планете. Мои папа и мама, когда ушли из жизни, не оставили мне ни заводов, ни фабрик, ни денег, но они передали мне в генах чувство юмора. Это самое мое большое богатство. Это чувство юмора дало мне возможность выжить в трудные времена, да еще и помогать другим людям, когда мне самому было тяжко. Мне еще и повезло, что у меня нет чувства зависти, я не жадный. Я знаю многих людей. они страдают от зависти. Если при этих людях о ком-то говоришь хорошо, то им становится дурно, они почти теряют сознание от зависти, мучаются, переживают. Единственное, что я посоветую другим, когда они плохо спят, потому что кому-то другому хорошо, чтобы они воспитывали себя, занимались самолечением. А то этой завистью они сами себя уничтожают.
    Словом, родители мне много хороших качеств передали. И еще - жизнь меня закалила. Кем я только ни был! Это все считают, что я родом из Одессы. А на самом деле я родом из Киева. Но мои родители, братья и сестры были одесситы. Так что, корни у меня одесские. Играл я роль одессита, дружил с гениальным одесситом Леонидом Осиповичем Утесовым, так что и сам себя считаю одесситом. И характер у меня одесский, неунывающий. Зарабатывал себе на жизнь тем, что пел и плясал, был в цыганском таборе, работал подручным маляра, автогенщика, водопроводчика, был штамповщиком и кровельщиком, торговал папиросами, выступал в ансамбле песни и пляски.
    По многим фронтовым дорогам проехал и войну прошел от первого до последнего дня. Сколько знаменитых людей на своем пути встречал. Маршала Жукова, например. И научился ко всему с юмором относиться. Это ведь главное в жизни - уметь относиться к своим бедам и проблемам с юмором. И надо еще человеку руководить собой и получать удовольствие от жизни. Иногда позвонишь кому-то и слышишь голос мрачный: "Да". Как будто бы из загробного мира человек говорит. И мне с таким не хочется общаться. Мой девиз - уходите от людей скучных и нудных. Есть такой анекдот. Приходит человек к врачу и говорит: "Доктор, вылечите меня". "А что у вас?" "Я все разговариваю с самим собой". "Ну и разговаривайте, что в этом плохого, кому это мешает". "Доктор, да вы не знаете, какой я нудный!"
    - Сколько же я смеялся, когда читал вашу книгу "Я из Одессы! Здрасьте!" Кстати, Савелий Крамаров говорил об этой книге, что ее надо продавать в аптеках в отделе витаминов.



    - Я эту книгу, о которой вы говорите, писал в тюрьме. Там условия у меня были весьма печальные, но я запретил себе грустить Я думал только о хорошем, только о веселом и писал только о тех случаях, которые могли вызвать улыбку и смех. Самые веселые эпизоды я вспоминал в те дни, когда мне было особенно плохо. А есть люди, которые усугубляют свою жизнь. Для них, например, было бы несчастьем, если бы они были бы здоровыми. Тогда они не смогли бы с утра до ночи говорить о своих болезных и получать от этого удовольствие. И людям они не дают жить, мне противно слушать про их болезни.
    Я пишу о том, что если хочешь сохранить и продлить свою жизнь, надо непременно уходить от скуки и тоски. У меня всегда хорошее настроение, как будто я выиграл по жетону сабвея 100 тысяч долларов. Это потому. что я на каждом шагу вижу смешное и интересное. Надо только хотеть и уметь видеть. Есть в нашей иммиграции такая тенденция - нудить. Вроде бы живет человек нормально, одет, обут, не голодный, но все равно скулит, недоволен. Он и себе сокращает жизнь, и окружающим.
    Не надо ни жаловаться, ни мстить. У меня есть такой любимый грузинский тост. "Выпьем за то, чтобы у наших врагов было столько денег, чтобы им было не до нас". Самый правильный тост. Не надо думать о том, чтобы твоему врагу было плохо. Пусть ему будет хорошо. Он тогда тебя трогать не будет. И тебе будет интересней, когда ты идешь, а вокруг люди улыбаются, а не смотрят на тебя зло.
    Я уверен, что от меня исходит оптимизм. Тот, кто общается со мной, будет в полном порядке и будет жить очень долго. Я общаюсь с самим собой 24 часа в сутки, так что мне здорово повезло.
    Мой самый любимый артист Чарли Чаплин говорил: "Мы смеемся, чтобы не сойти с ума". Чтобы больше смеяться, читайте мои книги. Я сам их время от времени перечитываю. И как же хорошо у меня на душе становится. Дай Бог здоровья вашим читателям. И главное, наслаждайтесь жизнью и получайте удовольствие, когда другому иммигранту хорошо. Тогда и вам будет хорошо.

    Михаил Бузукашвили (Нью-Йорк)
    "Чайка" №7(7) от 1 августа 2001 г.

    источник
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  8. #228
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию «Его продавали и предавали, а он лишь улыбался»



    «Его продавали и предавали, а он только улыбался и говорил: «Люди творят, сами не ведая что, — Бог им судья», — вспоминает близкая подруга Андрея Ивановича актриса Нина Обухова. — Сам никогда никого не обижал. Говорил со всеми одинаково просто — что с водопроводчиком, что с генералом. Всех выслушает, всем поможет. И никогда никому не завидовал.

    Похороны ненавидел. Говорил: «Все артисты приходят на кладбище показать себя и свои новые наряды... А зрители, для которых мы работаем, вон они, за оградой».





    Детство

    Его отец, ныне известный петербургский артист Иван Иванович Краско, к моменту рождения сына только поступил в Театральный институт. До этого будущий отец нашего героя учился на филологическом факультете Ленинградского университета, где и познакомился с его будущей матерью Кирой Васильевной Петровой. У них родилось двое детей — Андрюша и Юля.

    Конечно, бремя забот о детях лежало, в основном, на плечах матери. О ней Андрей отзывается очень тепло: "...Мама на меня всю свою жизнь положила. Я был болезненным ребенком, и она — учитель русского языка и литературы старших классов — уволилась из школы и пошла воспитателем в детский сад. А когда я учился в младших классах, она каждый день приходила на большой перемене и водила меня в туалет. На школьных брюках пуговицы на ширинке были очень плотные, мама помогала мне их расстегивать и застегивать".

    Андрей не был закулисным ребенком, но на сцену умудрился выйти, когда ему не исполнилось еще и трех лет. Его отец играл тогда в университетском театре "Драма", и мама взяла мальчика на спектакль. При появлении на сцене Краско-старшего сын спрыгнул с маминых коленей и, выбежав прямо на сцену, заявил: "Это мой папа". А первую свою роль Андрей сыграл в родном детском саду: папа был Дедом Морозом, а он — зайчиком.



    Выбор профессии

    Взрослея, наш герой не проявлял особого интереса к актерству. Учась в шестом классе, он пришел в Театр юношеского творчества, но те два года, которые он там занимался, в основном, был осветителем. Мальчик хотел стать и космонавтом, и доктором, и пожарным, и шахтером, но не артистом. Поэтому его желание поступать на актерский факультет театрального института стало для всех неожиданностью. А секрет заключался в том, что, по словам самого Андрея, "это единственная профессия, в которой можно быть всем, кем захочешь".

    Первая попытка оказалась неудачной: Краско-младший плохо подготовился к экзаменам, а отец, обругав сына за это, отказался составить ему протекцию. Весь следующий сезон юноше пришлось работать монтировщиком сцены в Театре им. Комиссаржевской.

    Однако что ни делается — все к лучшему: на следующий год, основательно подготовившись, Андрей без всякого блата поступил на курс замечательных мастеров Аркадия Кацмана и Льва Додина (ЛГИТМиК). На этом курсе, ставшем знаменитым благодаря легендарному спектаклю "Братья и сестры", наш герой учился вместе с Натальей Акимовой, Еленой Поповой, Игорем Скляром, Сергеем Власовым, Сергеем Бехтеревым, Валерием Кухарешиным, Сергеем Кошониным.



    Томский ТЮЗ

    В 1979 году после окончания института их курс в полном составе должен был отправиться в Томский ТЮЗ — такой подарок Ленинградское партийное руководство пожелало сделать руководству Томска. Естественно, это не вызвало энтузиазма у молодых артистов: кто-то сумел избежать ссылки по уважительным причинам, остальные начали разбегаться из Томска уже через несколько месяцев.

    Андрей продержался едва ли не дольше всех — больше года. Причем он не жалеет об этом, ведь за сезон ему посчастливилось сыграть в девяти спектаклях и приобрести, по его словам, потрясающую профессиональную закалку.

    Однако дальнейших перспектив для себя молодой актер там не видел и с радостью покинул Сибирь, когда появилась возможность уехать на съемки. По-видимому, тогда его пригласила сниматься Динара Асанова. В ее фильме "Никудышная" Андрею довелось сыграть лишь эпизодическую роль, зато потом он просидел рядом с режиссером весь фильм — и на съемках, и на монтаже.



    Кукарача

    В начале восьмидесятых после съемок у Динары Асановой Андрею Краско удалось поступить в Ленинградский Театр им. Ленинского комсомола (теперь "Балтийский дом") к замечательному режиссеру Геннадию Опоркову.

    Первой и, к сожалению, на долгие годы единственной серьезной театральной работой для нашего героя стала главная роль в спектакле "Кукарача", премьера которого состоялась в Театре им. Ленинского комсомола в 1982 году. Образ участкового милиционера Георгия Тушурашвили по прозвищу Кукарача в исполнении Краско показался комиссии не соответствующим морально-этическому облику советского защитника правопорядка. Конечно, не Краско писал эту пьесу, и не он ставил спектакль, но пострадал больше всех он. За месяц до окончания призывного возраста его забрали в армию. Впрочем, это можно расценить как признание его таланта: высокое начальство, завороженное убедительностью его игры, невольно поставило знак равенства между актером и его персонажем.

    Армия и последствия

    Служить Андрея отправили в войска ПВО в Архангельскую область. В армии Краско занимался "культурой", причем настолько успешно, что оформленные под его руководством Ленинские комнаты всегда признавались лучшими, а в награду за хорошую организацию двух концертов в Архангельске генерал лично предоставил ему отпуск. В общем, сама служба не доставила нашему герою особых неприятностей. Но судите сами, как внезапный призыв в армию повлиял на творческую жизнь актера.

    Еще до ухода в армию Андрей был утвержден на роль "плохого" воспитателя в фильме Динары Асановой "Пацаны". Увы, Краско больше не довелось поработать с этим замечательным режиссером: "Пацаны" снимались без него, а до его возвращения из армии Асанова не дожила. Пока Андрей служил, умер и Геннадий Опорков, без которого работа в Ленкоме у актера не сложилась: сыграв несколько незначительных ролей, он ушел из театра в никуда. Не сумев устроиться ни в один из ленинградских театров, Краско уехал в провинцию.

    В Димитровграде, где он нашел работу, кроме него в труппе был лишь один актер с высшим профессиональным образованием. Ничего значительного сыграть в этом театре Андрею не довелось. Когда же Дмитрий Светозаров пригласил его сниматься в фильме "Прорыв", его не хотели отпускать, и актеру пришлось уволиться.

    После съемок Андрей Краско снова оказался не у дел. В это время в стране как раз началась перестройка, театр и кино переживали далеко не лучшие свои времена. Работы в театре для Андрея так и не нашлось, а в кино ему лишь изредка доставались эпизодические роли. Единственным исключением оказалась роль в триллере того же Светозарова "Псы".

    На жизнь актеру приходилось зарабатывать по-разному: он шил брюки и куртки, месил раствор на кладбище, продавал книжки, руководил танцевальным кружком при заводе, занимался частным извозом на купленной в долг машине.



    Кино

    Новую страницу в творчестве Краско открыла работа в сериале Дмитрия Светозарова "Агент национальной безопасности". Роль Андрея Краснова, напарника Лехи Николаева, написал один из сценаристов Владимир Вардунас — давний приятель Андрея — специально для него по его же просьбе. Благодаря таланту и обаянию актера его герой, вроде бы случайно появившийся в сериале, стал душой фильма.

    Вслед за "Агентом" роли посыпались как из рога изобилия. Начиная с 1998 года, когда вышли первые серии "Агента национальной безопасности", у Краско не было ни одного года простоя в кино. С режиссерами, как считал сам актер, ему повезло. Он играл в лентах Рогожкина, Месхиева, Балабанова, Бодрова-мл., Лунгина, Хотиненко, Литвиновой, Бондарчука.

    В последнее время Андрей Краско снимался очень много, ему приходилось совмещать работу и сразу в семи проектах. В этом ему помогала настоящий профессионал своего дела — его агент Лиза Круцко (жена Марата Башарова).

    Театр

    С театром все складывалось не настолько гладко. Но все же в 1999 году режиссер Петр Шеришевский пригласил Андрея Краско на роль Александрова в "Собачьем вальсе" по Леониду Андрееву. Спектакль имел успех, а работа Краско была отмечена критикой. Через год в том же "Приюте комедианта" Георгий Васильев поставил поэму В.Ерофеева "Москва-Петушки", где актер, конечно же, блистал в роли Венички. Затем на сцене Театра им. Комиссаржевской в постановке Валерия Гришко "Андорра" Андрей Краско был солдатом — эдаким хозяином жизни, которому дозволено все.



    Пожалуй, дольше всего Андрей не расставался с одним из своих любимых персонажей — Тарелкиным из антрепризного спектакля известного режиссера Юрия Бутусова "Смерть Тарелкина" по пьесе Сухово-Кобылина. В этом проекте он участвовал вместе с такими знаменитостями, как Хабенский, Пореченков, Ваха. В результате из-за большой занятости их стало невозможно собирать вместе, и спектакль перестал существовать.



    И наконец, последний спектакль с участием нашего героя "Мужчины на час" — типичная антреприза. Но Краско и здесь был великолепен и неподражаем. Во время работы над этим спектаклем актеру пришлось взять на себя и функции постановщика, так как первоначально назначенный режиссер оказался совершенно несостоятельным.

    ТВ
    Одно время на канале "Культура" Андрей вел программу "Кто в доме хозяин", а на канале СТС передачу "Арсенал". К сожалению, из-за большой занятости актеру пришлось от этого отказаться.



    Личная жизнь

    Первой женой Андрея была его однокурсница. Они поженились, еще учась в институте, и довольно быстро расстались.
    В начале восьмидесятых Краско снова женился, на этот раз на польке, учившейся в России. Она родила Андрею сына, которого назвали в честь деда Иваном. Хотя по документам этот брак существовал долгие годы, вместе супруги почти не жили. Мать с сыном уехали в Польшу, а счастливый отец остался на родине.


    Три поколения Краско

    Помимо двух официальных у Андрея было несколько гражданских браков. В одном из них в 1998 году у него родился второй сын, Кирилл, названный в честь мамы Андрея. По словам папы, Кирилл очень хозяйственный ребенок, любит порядок и машины. Андрей Иванович виделся с сыном часто и в интервью рассказывал о нем с большой теплотой.

    Не терял он и связи со старшим сыном, встречаясь с ним не часто, но достаточно регулярно. Иван, или, как его называют по-польски, Ян Анджей, пошел по стопам деда и отца: он уже снимался в эпизоде в "Агенте национальной безопасности", а в Польше сыграл одну из главных ролей в популярном молодежном сериале. Последние два года рядом с Андреем все время была Светлана Кузнецова.





    Смерть

    Жизнь Андрея Краско оборвалась трагически рано. Чуть больше месяца он не дожил до 49 лет. Роковой сердечный приступ случился с ним во время съемок фильма С.Урсуляка "Ликвидация" под Одессой. Медицинская помощь пришла слишком поздно. Поздно вечером 4 июля 2006 года актера не стало.

    Андрей Краско похоронен на кладбище в Комарово под Петербургом.



    Самые памятные цитаты героев Андрея Краско



    Полковник Марусев ("ЧАСТНЫЙ ЗАКАЗ")
    Страна гибнет, а вы проституток снимаете… на Бетакам…
    Не надо думать — работать надо.

    Клавишник ("СВОЙ ЧЕЛОВЕК")
    Алкоголизм — это зависимость. Я человек независимый: хочу похмеляюсь, хочу терплю.
    Чистое тело пахнет лучше любого дезодоранта.
    Солнце светит, небо чистое — я уже радуюсь.
    Слава, деньги — все фуфло, главное свобода.
    Нет ничего лучше физической усталости после осмысленного физического труда.
    Закон сохранения энергии распространяется и на денежные знаки. Если у тебя их больше, значит, у кого-то их меньше.
    Сначала мужчина ищет женщину, чтобы с ней спать; потом ищет женщину, чтобы с ней жить; а потом ищет женщину, чтобы с ней умереть.

    Сан Саныч, хозяин пансионата ("НА БЕЛОМ КАТЕРЕ")
    Экстремал, экстремаю и буду экстремать.
    ...Я был так же далек от разгадки, как и разгадка от меня.
    А я слышу, как у тебя по спине ползут мурашки и у четвертой сломана задняя лапка.
    Когда Бог раздавал мозги, ты стоял в очереди за геморроем!
    Я смотрю, твоя голова соскучилась по микроволновке.
    Видимо, твои родственники давно не падали в обморок при опознании трупа.

    Командир подлодки Геннадий Янычар ("72 метра"): "В русском языке есть слова, их там много. Когда их составляешь вместе, получается предложение, где есть сказуемое, подлежащее и прочая светотень. И все это — великий русский язык".

    Сыщик ("Ночной продавец"):
    "Дело в том, что всем на все наплевать. И сколько ты ни заплатишь нашим людям, от этого ровным счетом ничего не изменится. Всем будет на все наплевать! Такой мы народ".

    Андрей Иванович Краснов ("Агент национальной безопасности"): "Я как человек с большим семейным опытом ответственно заявляю: мусор на ночь выносить — плохая примета".
    "Любить — чтобы дух захватывало, а пить — чтобы лежа пошатывало".
    "Раньше были времена, а теперь мгновения. Раньше поднимался... дух, а теперь давление".
    источник
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

  9. Следующие пользователи говорят Спасибо Kuki Anna за это сообщение:

    Natalia Bernd (09.09.2013)

  10. #229
    Девушка взрывающая воздушные замки Постоянный Житель Форума Аватар для Natalia Bernd
    Регистрация
    31.01.2013
    Адрес
    Швейцaрия,
    Сообщений
    4,744
    Записей в дневнике
    277
    Спасибо
    5,652
    Был поблагодарен 2,287 раз
    за 1,432 сообщений

    По умолчанию

    Да хороший был актер,Спасибо Анюта.

  11. #230
    Добро Пожаловать Новичок! Нобелевский Лауреат Аватар для Kuki Anna
    Регистрация
    01.11.2006
    Адрес
    Дармштадт, Германия,
    Сообщений
    55,930
    Записей в дневнике
    9
    Спасибо
    4,289
    Был поблагодарен 28,401 раз
    за 19,359 сообщений

    По умолчанию Георгий Тараторкин. От Раскольникова до Колчака



    "Я вообще ведь неожиданно оказался в театре, и эта неожиданность меня по сию пору изумляет. Несмотря ни на что мне не перестает быть интересным... не играть, нет, а что-то другое делать. Если ты во что-то поверил, узнал что-то важное, то за это можно и... постоять. Ведь играть - не мужское дело. А вот если постоять за что-то, что-то защитить... потаенное. Но потаенно пишется и судьба. У меня все началось со Шмидта. А потом я встретился со столь же подлинной для меня судьбой Родиона Романовича Раскольникова. А потом - Иван Карамазов, Ставрогин. А потом возник Александр Александрович Блок, а потом Александр Николаевич Романов (император Александр II). Мне трудно играть просто роль в просто пьесе. Роли мы и в жизни все играем. А вот судьба есть не у каждого."

    Г.Г. Тараторкин



    Георгий Тараторкин родился 11 января 1945 году в Ленинграде. Послевоенном Ленинграде, городе пережившем блокаду, городе, который выжил вопреки всему и это сказалось и на детстве мальчика и на его дальнейшей жизни. В 7 лет мальчик потерял отца, но сама атмосфера города, в котором жили А.С.Пушкин, Ф.М.Достоевский, А.А.Блок, А.А.Ахматова, все это сформировало его вкусы, пристрастия и как итог - желание быть среди тех, кто создает культуру и искусство. Первое место работы - осветитель ленинградском ТЮЗе, встреча с художественным руководителем театра знаменитым Зиновием Корогодским и начало актерской карьеры. Тараторкин закончил студию при ТЮЗе и был принят в труппу.





    Роль лейтенанта Шмидта в тюзовском спектакле "После казни прошу..." стала судьбоносной - его увидел известный кинорежиссер Лев Кулиджанов и предложил сыграть Родиона Раскольникова в своем фильме "Преступление и наказание" по Достоевскому. Сыгранная 25-летним Тараторкиным роль до сих пор считается лучшей из тех, что были сыграны в качестве Раскольникова в мировом кинематографе.


    Г.Тататоркин в роли Родиона Раскольникова

    После этого триумфа актер был приглашен в Москву Юрием Завадским в театр имени Моссовета. Там он тоже играл Раскольникова уже в сценической версии "Петербургские сновидения". Также были сыграны Иван Карамазов в "Братьях Карамазовых" в постановке Павла Хомского и Ставрогин в "Бесах", поставленных на сцене театра имени А.С. Пушкина Ю. Ереминым. Но Достоевский - лишь одна из вершин творчества Тараторкина. Он много играет в театре и в его репертуаре герои произведений мировой классики и современной литературы. На счету актера так же более 30 фильмов, среди которых "Маленькие трагедии", "Открытая книга", "Чисто английское убийство", "Дела сердечные", "Сирано де Бержерак".


    Кадр из кинофильма "Чисто английское убийство"



    И еще одна особенная работа актера - 4 ноября 2005 года в день рождения Александра Васильевича Колчака в Иркутском драматическом театре состоялась премьера "Колчака" по пьесе Сергея Остроумова. На роль Колчака пригласил народного артиста России Георгия Тараторкина. С тех пор каждый месяц он летает на Байкал, чтобы сыграть опального белого адмирала. Кто видел его в этой роли говорят, что впечатления незабываемые.




    Г.Тараторкин в роли А.В.Колчака


    Сцены из спектакля театра им. Моссовета "Не будите мадам"



    В обычной жизни Тараторкин умеет вести себя с особым достоинством, оставаясь естественным и скромным в любых обстоятельствах. Абсолютно не публичный человек, считающий, что публичность нужна лишь в профессии, а все остальное должно быть закрыто для посторонних.


    по материалам интернетсайтов
    Мой стакан не велик, но я пью из своего стакана.

Страница 23 из 28 ПерваяПервая ... 132122232425 ... ПоследняяПоследняя

Информация о теме

Пользователи, просматривающие эту тему

Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)

Похожие темы

  1. Везуха (истории о людях которым повезло удивительные истории о подарках фортуны)
    от Главный Редактор в разделе Кафешка (раздел для приятного общения)
    Ответов: 135
    Последнее сообщение: 31.05.2016, 10:56
  2. То, что осталось за кадром
    от Kuki Anna в разделе Star Gallery Звездная галерея
    Ответов: 69
    Последнее сообщение: 07.04.2016, 11:02
  3. До чего же красив мир.
    от Kuki Anna в разделе Вокруг Света
    Ответов: 110
    Последнее сообщение: 04.03.2016, 23:15
  4. Звездные роли. Голос за кадром
    от Kuki Anna в разделе Star Gallery Звездная галерея
    Ответов: 33
    Последнее сообщение: 27.09.2015, 16:54

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •